Быстро выяснилось, что хозяин из него никудышный. Дженни, служанка священника, по-прежнему жила в домике на краю надела, но сейчас она была в Спрингфилде – ходила за больной сестрой. К концу первого месяца крысы опустошили его погреб с зерном, а сам он устроил на кухне пожар, не говоря уже о том, что он не мог заставить себя убить не только свинью, но даже курицу. Его фасоль погрызли олени, репу – кролики, а с молодыми персиками мигом расправилась парочка дикобразов.
– Зиму он не переживет, – сказала Мэри.
– Ему нужна жена, – ответила Элис. В последнее время она все чаще вспоминала Артура Бартона, и Амоса Крофорда, и кузена Лукреции Парсонс, и дерзкого солдата, предложившего ей пойти с ним в поле.
– Думаю, – сказала Мэри, – служанки будет достаточно.
Осенью они повели Джорджа в сад и, гуляя между деревьями, показывали ему яблоки.
Элис отрезала от них ломтики. Сок стекал по ее пальцам и запястью.
– Они всё такие же, – сказал Джордж. И поведал им о том дождливом дне, когда отвел майора к яблоне, пока его долговязый слуга ждал с лошадьми у дороги.
Элис воскликнула:
– Так это был ты?
Мальчишка из отцовских рассказов тоже был частью легенды.
– Пожалуйста, возьми яблок домой, – сказала Элис.
– Ну что ты, не стоит, – ответил Джордж Картер.
Но так уж вышло, что он прихватил с собой мешок.
После этого Джордж приходил уже не раз в неделю, а через день и помогал Элис с уборкой урожая. Она снимала яблоки с ветвей, а он держал корзину и, когда ей нужно было подняться на лестницу, чтобы дотянуться до верхних ветвей, придерживал ее за талию.
А Мэри наблюдала. Однажды вечером, когда сестры лежали в постели, она сказала, что Джордж Картер, по ее мнению, развратник.
– А по-моему, он джентльмен, – ответила Элис.
– Он старый развратник, – сказала Мэри. – Касаться тебя в таком месте! Он словно корову перед дойкой обследовал!
