Пещера – емкий образ традиционных культур, с помощью которого можно передать не просто идею смерти и воскресения на физическом плане бытия, но и идею духовного возрождения человека, его «второго рождения». Гора есть символ мировой оси, а пещера – сердце горы и разделяет с ней осевую символику. Поэтому пещера, как и лабиринт, связывает подземный мир с небесами. Зачастую свод пещеры мог олицетворять небеса. Важно отметить, что во многих культурах все умирающие и воскресающие боги рождались в пещерах. Пещера воспринималась древним человеком как образ лона Матери-Земли, с которым таинственным образом связаны зарождение жизни, смерть и воскресение. Об этом ярко свидетельствует наскальная палеолитическая живопись.
«Идея жизни, смерти и воскресения, которую традиция устойчиво связывает с пещерой, вновь воскресла в устройстве раннехристианских храмов. Ее глубинное значение раскрывают следующие слова Рене Генона: “Культ пещер” всегда был более или менее связан с понятием “внутреннего” или “срединного” пространства, и с этой точки зрения символика пещеры и сердца имеют немало общего. Именно причины символического порядка, а не простое стремление к скрытости обусловили выбор подземелья в качестве духовных центров”. Интерьеры коптских, сирийских, армянских церквей имели пещерный облик. Немало христианских церквей высекалось внутри скал. Эта традиция, особенно развитая в Малой Азии (Каппадокия), продолжилась в Крыму и шагнула на Русь: Киево-Печерские пещеры, Антониевы пещеры под Черниговом, пещеры Святогорского монастыря на Северском Донце стали древнейшими храмами русского монашества… Раннее христианство своей символикой и литургической практикой связано с внутрискальными сооружениями. Уход из городов и населенных местностей вовсе не имел побудительным мотивом стремление “спрятаться от преследований”. Это была внешняя форма, “манифестация” ухода от “прелестей” языческой и мирской культуры; это было погребение для “мира” и возрождение – в самом чреве земли – для новой жизни. Символика пещеры, переживаемая спонтанно, возможно как “коллективное бессознательное”, органично выражала эти настроения»[19]. И вера в чудесное воскресение, совершаемое в пещере, была не тщетна для верующих христиан. Тому подтверждением – чудесный 150-летний сон отроков Ефесских в пещере, которые, встав ото сна, явили изумленным жителям Ефеса образ того будущего, еще большего чуда, когда мертвые воскреснут в конце времен для всеобщего суда.
Смысл лабиринтовой структуры, согласно Мирча Элиаде и Эрнсту Краузе, состоял в сокровенной «защите» того места, где душа возвращается к Духу. Это очень важное замечание. На этом пути неофита-путника ждала борьба с драконом или «Минотавром». Фр. Хаксли, вслед за Эрнстом Краузе, считал, что выложенные из дерна или из камня лабиринты получили в Европе название «Троя» в силу того, что само это слово означало идти кружась, поворачиваясь, идти по спирали, о чем мы писали выше.
В целом «интерес к кругу и спирали современные исследователи связывают с культом солнца, наблюдениями за движением небесных светил, которые, в свою очередь, обусловливают развитие жизни на земле. Выражали они, по-видимому, и более сложные понятия… Если планеты “возвращаются на круги своя”, а каждый отдельный человек движется от рождения к смерти, описывая замкнутый круг, то жизнь в целом эволюционирует. Ее ход выражается не кругом, а спиралью. Существует немало живых организмов, своим развитием и формой как бы иллюстрирующих этот умозрительный вывод. По спирали растут раковины, эта форма присуща многим растениям… Форму спирали можно обнаружить в таких, казалось бы, далеких друг от друга явлениях, как волны и спиралью закрученные туманности»[20].
Но главное – это те наблюдения, который мог сделать древний человек, рассматривая божественный восход солнца по спирали в районе Северного полюса.
Временем возникновения иного по форме, подковообразного лабиринта ученый А.А. Миллер считает эпоху бронзы, а спиральный лабиринт был отнесен им к энеолиту. Эта датировка была подтверждена и наскальными рисунками в Южной Швеции, отнесенными их исследователем Яном де Фрисом к бронзовому веку. Ян де Фрис четко связывал шведские наскальные рисунки с солярным культом. Точно к такому же выводу пришел Д. Эоган, исследовавший мегалитические захоронения в долине реки Бойн, в Ирландии. На одном из изображений был вырезан прибор, напоминающий солнечные часы.
В графстве Мит были найдены аналогичные изображения на мегалитических камнях, датированных временем прихода сюда индоевропейцев, а именно II тысячелетием до н. э. По мнению Д. Эогана, происхождение этих изображений также можно связать с культом Солнца.
