Однако судьба, казалось, была на его стороне — когда он подъехал к дому Пейджа, не было еще и половины десятого. Он вышел из такси ярдах в пятидесяти от ворот и велел шоферу подождать. Поправив шляпу, которая от толчка машины сбилась набок, и сунув папку под мышку, он вошел в калитку, стараясь сделать вид, что не спешит, но тут же путь ему преградили рабочие, которые натягивали большой полосатый тент над газоном перед домом. Секунду Смит стоял, широко раскрыв глаза и ничего не понимая, а потом вдруг сообразил, что идет подготовка к приему, к торжественному обеду на свежем воздухе, о котором он что-то слышал, и проникся новой надеждой — дом как будто жил нормальной жизнью. Наружная дверь была открыта, и он уже собирался подняться на крыльцо и позвонить, как вдруг из-за угла вышла какая-то женщина. Он сразу узнал миссис Пейдж. На ней была соломенная шляпа с широкими полями, затенявшая лицо, а в руках она несла корзину, полную цветов. По ее снисходительной, но довольно любезной улыбке он сразу понял, что она еще ничего не знает.
— Доброе утро, — начала она, прежде чем он успел заговорить. — Вам пришлось долго ждать?
— Нет… совсем нет… — пробормотал он.
— Я, как видите, срезала хризантемы. Не правда ли, они прелестны? Я поставлю их под тентом. Ведь вы знаете, сегодня у нас большой день. Надеюсь, погода не испортится. — Она взглянула на небо. — Как вам кажется?
— Я думаю… я надеюсь, что она не испортится. Дело в том, миссис Пейдж…
Неправильно истолковав его смущение, Алиса улыбнулась ему многозначительно и чуть лукаво.
— Я, кажется, не догадалась послать вам приглашение… Но, может быть… то есть, если вы захотите прийти…
— Миссис Пейдж…
— Ведь ни о какой враждебности нет и речи… по крайней мере с нашей стороны. Мне, как вам известно, даже нравилась ваша газета. Особенно вначале, когда Дороти выиграла приз. И раз вы уезжаете, было бы очень приятно, если бы вы и мистер… если бы вы оба присоединились к нам и к нашим друзьям сегодня. Видите ли…
— Извините меня, миссис Пейдж, — Смиту, наконец, удалось вставить слово. — Мне необходимо поговорить с вашим супругом.
— С мужем? С Генри? — Ее тон из светски-любезного стал раздраженным. — Ну, если вам удастся его найти, можете считать, что вам повезло.
— Но мне необходимо с ним увидеться. По делу первостепенной важности.
— Возможно. У Генри здесь немало важных дел. Но ему два дня назад заблагорассудилось укатить в Лондон.
— Я знаю, миссис Пейдж, — поспешно сказал Смит, чувствуя, что покрывается испариной. — Но его… его дело в Лондоне было завершено вчера. И нас уверили, что он собирался вернуться в Хедлстон с ночным поездом.
— Неужели? — Она тупо уставилась на Смита. — Но как бы то ни было, я, в свою очередь, могу вас уверить, что здесь его нет.
— Нет? — повторил Смит и продолжал торопливо и взволнованно: — Выслушайте меня, миссис Пейдж. Поезд пришел в половине шестого. Мы знаем, что он вернулся с этим поездом. Ну, предположим, что ваш супруг не хотел беспокоить вас… будить домашних в такое раннее время… Как вы полагаете, куда он мог бы поехать?
Она задумалась, чопорно поджав губы, и он окончательно пришел в бешенство.
— Что же, — сказала она с неожиданной злостью. — Он мог поехать к сыну. В Слидон. От Генри всего можно ожидать. У него настоящее пристрастие к Слидону.
Услышав это, Смит почувствовал новый прилив надежды и огромное облегчение. Слидон!.. Ну конечно же! Ведь Пейдж, разумеется, хотел как можно скорее успокоить Кору, и, значит, вполне вероятно, даже просто бесспорно, чтобы он с вокзала поехал прямо в Слидон. Конечно, он захочет побыстрее сообщить ей, что он ее спас.
Смит поспешно распрощался с Алисой и кинулся к такси. Когда автомобиль повернул к Слидону, он сказал себе, что удача снова на его стороне: маловероятно, что эта новость уже достигла уединенной приморской деревушки. Он то и дело просил шофера прибавить скорость, так что дребезжащую машину, которая, как и большинство местных такси, была еще довоенного выпуска, швыряло по шоссе из стороны в сторону.
