Он вложил телефон в мою руку. Потом, наклонившись еще ближе, понизил голос до шепота: – Можете не целовать меня, если не хочется. Я пошутил.
– Неправда. Ты надеялся. Он смутился.
– Иди сюда. – А?
– Ты слышал.
Он опустился на колени перед моей койкой. Приподнявшись на локте, я вплотную придвинулся к его лицу. Погладил его волосы. И в самом деле, красивый мальчик. Я облизнул губы и закрыл глаза.
Ничего не последовало.
Я открыл глаза. Шон смотрел на меня со странным выражением. Его глаза блестели от слез.
– Что с тобой? – спросил я.
– Вы ее действительно любите?
– Больше всего на свете. Он вздохнул: – Если бы меня тоже кто-нибудь так любил… Грусть и страстное желание в его голосе потрясали.
Шон поднялся с колен.
– Подожди, – сказал я. – А как же поцелуй?
– Вы не хотите…
– Уговор есть уговор.
Я взял его за руку и потянул обратно.
Сначала Шон колебался, но я не отпускал его. Наконец он понял, что не выйдет из палатки, пока сделка не состоится, и с растерянным видом наклонился надо мной. Я потянулся, нежно поцеловал его в губы и почувствовал, что не могу оторваться. На вкус он был таким же приятным, как и на вид. Наконец мальчик отстранился и посмотрел на меня удивленно, восхищенно и вопросительно.
– Удивлен? А я думал, ты специалист. Он покачал головой: – Я тоже так думал.
– Секрета здесь нет, – объяснил я. – Просто я поцеловал тебя как самого дорогого мне человека в этом мире, потому что в этот момент ты и был таким человеком.
– О-о, – снова удивился он. – Это что-то новое. Надо запомнить. – Он снова опустился на колени и еще раз поцеловал меня в губы, на сей раз быстро и дружески, но я видел, что он уже вошел во вкус. – Спрячьте телефон. Я вернусь попозже.
И Шон исчез.
