Жигалка – идеальный пример параллелизма в эволюции. Это существо является аналогом москита в хторранской экологии. Хотя оно меньше, проворнее и намного прожорливее, но функционально эквивалентно земному аналогу.
Жигалка жалит свою жертву, впрыскивает антикоагу-. гянт и сосет кровь (или жидкость, выполняющую роль крови у хторранских организмов), всасывает с кровью вирусы и бактерии и доставляет их прямиком к следующей своей жертве.
Жигалка имеет исключительно высокий уровень метаболизма. Из-за своих малых, размеров и быстрого роста она должна питаться весь день напролет. За двадцать четыре часа одна жигалка способна покусать и заразить до сотни Разных животных – как хторранских, так и земных. Она больше других подходит на роль первичного переносчика хторранских микроорганизмов.
В результате возникает чрезвычайно эффективный источник инфицирования. Сейчас, когда пишутся эти строки, большинство ученых считает жигалку первопричиной Распространения хторранских эпидемий среди населения Земли.
Проблема с кошками в том, что, когда тянешь их наверх, они всегда цепляются за дно.
Нерифмуемая Уиллиг легонько потрясла меня, чтобы разбудить.
– Капитан Маккарти?
– А? Что? – Пытаясь сесть, я треснулся головой о верхнюю койку. Потом боком скатился на пол, потирая лоб. – Который час?
– Половина восьмого. Ничего не происходило, поэтому мы дали вам поспать подольше.
– А вот этого не надо было делать…
– Вы нуждались в отдыхе.
– Простите, но в армии, в которой я служу, капралы имеют обыкновение подчиняться приказам капитанов.
– Добавьте это к списку обвинений в мой адрес в будущем трибунале. Я дала вам поспать подольше, но…
– Что стряслось?
– Пока ничего. Мы перезарядили и заново загрузили тигра. Я думала, вы проснетесь от шума. Он отправился обратно в дыру в шесть тридцать утра. ИЛ провел его без каких-либо проблем. Мы уже имеем данные с половины широкоспекторных датчиков. Зигель устанавливает остальные.
– Что «но»?
– Что-то двигается наверху. Пока оно за горизонтом…
– Как пыль?
– Прекратила выпадать еще ночью. День стоит ясный. Видимость почти неограниченна. Пейзаж такой розовый, что так и ожидаешь увидеть Изумрудный Город.
– И?.. – подтолкнул я ее, пробираясь в нос машины. Уиллиг шла следом.
– Вдали видны столбы пыли. Как показал анализ, там двигаются три объекта.
Я похлопал Локи по спине, чтобы он освободил мое место.
– Давайте посмотрим, Локи показывал через мое плечо: – Здесь и вот здесь…
– Вижу.
– Это черви?
– Похоже на червей, – сказал я. – Но с таким же успехом это могут быть джипы. Или сумасшедшие мотоциклисты. Или бандиты.
– Угу, – подтвердила Уиллиг. – Ни один человек в своем уме не полезет в это дерьмо.
– Ну, тогда круг сужается всего до двух миллиардов оставшихся в живых. Нормальных людей больше не существует.
– Вы знаете, что я имею в виду.
– Слыхали когда-нибудь о ренегатах? Уиллиг прикусила язык.
– Однако, – добавил я, – я все-таки склоняюсь в пользу червей. Здесь их места, а не людей. Вы проследили за ними?
Локи протянул руку над моим плечом и нажал на клавишу.
– Вот карта, на нее наложена схема перемещения. Видите, они рыщут туда– сюда, но все время продвигаются на северо-восток. Через час будут здесь.
– Хорошо, – сказал я. – Тогда у нас есть время позавтракать. – Оттолкнувшись от консоли, я развернулся в кресле к Уиллиг: – Мне подайте ветчину с яйцами – яйца вкрутую, ветчина с корочкой, большой бокал апельсинового сока, белый тост с плавленым сливочным сыром и клубничное желе. Грейпфрут дольками в сиропе. Очистите три штуки.
– Будете есть то же, что и рядовые, – парировала Уиллиг. – Коричневое. Липкое. Но без ограничений.
– Ладно, попытаться все-таки стоило. – Я повернулся обратно к Локи: – Сколько ты на вахте?
– Всего час.
