Открою вам один маленький секрет. О ведьмачьих мечах. Это чушь, что в них есть какая-то тайная сила. И что это настолько замечательное оружие, что лучше его не бывает. Это все фикция, придуманная для пущего эффекта. Я знаю это из абсолютно надежного источника.
Скалу под названием Гриф распознали сразу. Она была видна издалека.
Место, куда они направлялись, располагалось примерно на полпути между Кераком и Цидарисом, немного в стороне от соединяющего оба города тракта, вьющегося среди лесов и скалистых пустошей. Дорога заняла некоторое время, которое убивали разговорами. В основном говорил Лютик.
— Все кругом говорят, — сказал поэт, — что используемые ведьмаками мечи обладают магическими свойствами. Исключая выдумки об импотенции, в этом должна быть некоторая доля истины. Ваши мечи необычные. Что-нибудь скажешь по этому поводу?
Геральт придержал кобылу. Застоявшаяся в конюшне Плотва всякий раз норовила рвануть галопом.
— Разумеется. Наши мечи необычные.
— Говорят, — Лютик сделал вид, что не слышит насмешки, — что магическая сила вашего ведьмачьего оружия, убийственного для монстров, с которыми вы боретесь, проистекает от стали, из которой мечи выкованы. От того материала, то есть от руды, добываемой из упавших с неба метеоритов. Как это может быть? Метеориты не магические объекты, в конце концов, они естественны и научно объяснены. Откуда же берется эта магия?
Геральт посмотрел на небо, темнеющее на севере. Казалось, что собирается очередная гроза. И что они могут промокнуть.
— Если я правильно помню, — ответил он вопросом, — ты изучил все семь свободных искусств?
— И получил диплом с наивысшим отличием.
— Слушал лекции профессора Линденброга, в рамках входящего в квадривиум курса астрономии?
— Старый Линденброг, по прозвищу Огарок? — Лютик рассмеялся. — Еще бы! У меня до сих пор перед глазами то, как он чешет задницу и стучит указкой в карты и глобусы, монотонно бубня.
— Не знаю, — фыркнул Геральт, — чем больше восхищаться: твоим талантом обезьянничать или памятью. Возвращаясь к интересующему нас вопросу — метеоритам, которые наш почтенный Огарок описывал как падающие звезды,
— Конечно.
— А теперь забудь. Потому что это ерунда.
— Что?
— Чушь. Вымысел. Метеорит не найдешь под каждым кустом. Больше половины мечей, используемых ведьмаками, сделаны из стали, выплавленной из магнетитовых руд. Сам такими пользовался. Они так же хороши, как и те, что упали с неба и насытились сидеритовыми элементами. Не существует абсолютно никакой разницы. Но держи это при себе, Лютик, очень тебя прошу. Никому не говори об этом.
— Как? Я должен молчать? Ты не можешь этого требовать! Какой смысл знать что-то, если ты не можешь этим похвастаться?
— Пожалуйста. Я предпочитаю, чтобы меня считали сверхъестественным существом, вооруженным сверхъестественным оружием. Таким меня нанимают и такому платят. Обыденность есть посредственность, a посредственность это дешевизна. Так что, пожалуйста, рот на замке. Обещаешь?
— Ладно. Обещаю.
Скалу под названием Гриф распознали сразу. Она была видна издалека. На самом деле, при небольшой доле фантазии, можно было вообразить, что это длинная шея с головой грифа. Но больше, как отметил Лютик, она напоминала гриф лютни или другого струнного инструмента.
