— Теперь это моё! — резко ответил комок, отскочив метра на полтора назад.
— А по-моему, ты только что сказал…
— Он выбросил вещь. Кричал, что она его душит. Выбросил и убежал.
— Туда что ли? — я показал на разбитое окно.
— Туда, — подтвердил домовой.
Я хмыкнул, сообразив, что произошло, и тут же скептически заметил:
— Не может такого быть. Кто станет надевать на себя амулет, превращающий его в живого мертвеца?
— Не мертвеца, — домовой понизил тон, будто рассказывал какую-то тайну. — Амулет давал время.
— Время, чтобы заживить раны, — наконец понял я. — Но зачем тогда было срывать амулет? Он боялся. Его свели с ума, так?
— Я не силён в ваших разумах. Вы бываете или слишком умны, или слишком глупы. Но тогда вы пользуетесь силой. Ломаете.
Я насторожился.
— О ком это ты?
— К нему приходил большой человек. Он злился и смотрел исподлобья, — комок вдруг подпрыгнул и шелест стал более… радостным, что ли?
— Я взял у него бумагу.
Зная, что этот комок всё равно не отдаст мне эту самую «бумагу», я прикинулся скучающим.
— Да ладно тебе заливать. Как ты мог её забрать у этого большого злого человека?
— Вот она! — воскликнул домовой, выхватив откуда-то белый прямоугольник. Он спёр у кого-то бейдж. Мне не терпелось взглянуть на имя поближе.
— Здесь же темно. Ты можешь показывать всё, что угодно…
— Бейдж подлетел к самой границе защитного круга, и повис в воздухе, слегка покачиваясь.
— «Артур. Охрана. Клуб „Пекло“», — прочитал я вслух. Бумажка дёрнулась и исчезла в темноте.
— Ладно, — кивнул я. — Верю.
Домовой поворчал про глупых людишек и укатился в дальний от меня угол. Я постарался как можно тише и скорее покинуть чердак, пока он не заметил меня вне круга и не устроил ещё какую-нибудь пакость.
— Ну что? Что удалось узнать? — нетерпеливо спросил Икрамов, едва я спустился с чердачной лестницы.
— Если не считать того, что ваш Мистер Икс появился здесь неделю назад, от кого-то скрывался, и перед самой гибелью сошёл с ума, то ничего особенного. Свидетель оказался на редкость неразговорчивым.
— Сошёл с ума? — Олег задумался, прикусив губу. — Его чем-то накачали? Нужна экспертиза…
— Дайте мне мобильник, я знаю одну, — как бы невзначай сказал я. Олег с подозрением покосился на меня, но телефон дал.
— Как идёт работа? — спросил я, едва услышал «алло».
Ева молчала несколько секунд.
— Вы — тот самый наглый, грубый, сомнительный экстрасенс?
— Да, это я. Так, значит, у вас сейчас есть свободный часок?
— Почему вы так решили?
— Вы не стали бы отвечать на звонок с неизвестного номера посреди урока. Мне нужна ваша помощь, — я вышел на улицу, посмотрел табличку на доме и продиктовал ей адрес.
— Приезжайте поскорее, — поторопил я. — Тут куча милиции.
— По-моему, вы превышаете свои, так сказать, полномочия, — сказал Вещий, забирая телефон.
— У меня свои методы. Ваши, если вы забыли, не дали никаких результатов.
— Пусть каждый из вас работает своими методами, — вмешался Икрамов. Олег пробормотал что-то невнятное и ушёл к машине.
Через десять с небольшим минут приехала взволнованная и растерянная Ева.
— Да что случилось? — вполголоса спросила она по пути к… чему-то продолговатому, накрытому клеёнкой.
— Как я уже говорил, мне очень нужна ваша помощь, — я откинул край клеёнки. — Ну же, скажите, что здесь пахнет хризантемами.
Ева отступила на шаг назад.
— Хризантемами?.. Боже, что это?!
— Это? Труп, — спокойно сообщил я. — Важно другое, то, что вы сейчас чувствуете.
— Вы вообще нормальный? — пробормотала она, отвернувшись.
— Что. Вы. Чувствуете, — повторил я.
— Ничего.
— Послушайте, Ева, я знаю, что вы эмпат и ваши чувства гораздо сильнее, чем у любого из присутствующих. Сильнее, чем у всех вместе взятых. Вы разве только не видите чужие эмоции. Поэтому скажите, что…
— Что за балаган? — не выдержал Олег. — Немедленно покиньте место преступления. Оба.
Бледная Снеговская кивнула, соглашаясь с ним, и покачнулась. Я совсем не хотел, чтобы она хлопнулась тут в обморок, и подхватил её за локоть.
Что-то скользнуло по рукаву моей куртки, выпустив наружу синтепоновые внутренности. Секунда всеобщего молчания показалась мне бесконечно долгой, а потом кто-то коротко крикнул: «Снайпер!».
Я толкнул Еву к подъезду.
— Внутрь, быстро! И не вздумай оглядываться.
Кто-то следил за нами всё это время. Он видел, как я болтался на крыше, и, должно быть, ещё тогда догадался, кто я. А с появлением Снеговской ситуация вышла из-под контроля и убийца решил действовать. Вот только ему негде было прятаться.
Стоявший рядом милиционер вдруг дёрнулся, удивленно посмотрел куда-то вдаль и упал лицом вниз. Тонкий слой снега вокруг его головы стал быстро краснеть. Икрамов схватил меня за шкирку и с силой, которой я от него не ожидал, затащил за ближайшую машину, где уже сидел Вещий.
— Откуда стреляют? — спросил я, стараясь не высовываться.
— Чёрт его знает, — буркнул Олег. — Вблизи ж даже деревьев нет. Если только откуда-то с тех домов.
Я посмотрел на рукав, разрез был под каким-то неправильно большим углом. Будто…
— Вот блин, — прошептал я. — Он не в домах…
Снайпер летал прямо у нас над головами.
