Быть шпионом чести мало, таких не берут в плен и вздергивают на ближайшем дереве, однако король Ордос не отказался от намерений захватить герцогство Ангулемское, и, чтобы узнать о его намерениях, в столицу королевства – Харнлон – под видом купцов едут Каспар Фрай и его бессменная команда. Им придется сражаться с магами, выступать на стороне короля и пережить собственную смерть, чтобы выполнить приказ герцога.
Ночью на Ливен обрушилась гроза, ветер рвал с деревьев поредевшую листву и гнал ее по улицам, хлопая ставнями и завывая в каминных трубах. Все указывало на то, что в Ливен спустя семь лет пришла настоящая зима.
С одной стороны, это было хорошо – странствующие рассказчики, которые немножко колдовали и гадали на будущее, утверждали, что возвращение зимы – признак выздоровления земли и успокоения демонов нижних миров, а значит, дела людей пойдут на лад, с другой стороны, все уже забыли, какая она, зима. Снега и в прежние времена здесь было немного, случалось, с севера налетали сухие метели, приносившие такие острые и колючие льдинки, что они даже обдирали краску с оконных рам, но снега, белого и мягкого как пух, почти не бывало.
Сон Каспара Фрая был тревожен, при каждой вспышке разноцветных молний он открывал глаза и видел на потолке диковинные сплетения теней, рисовавших то частый лес, то горы, а то битву, где скрещивались и ломались копья, скалили зубы лошади и всадники вылетали из седел.
Заснул Каспар лишь под утро и был разбужен женой, когда часы на ратуше пробили полдень.
– Что-то ты разоспался сегодня, – услышал Каспар будто издалека долетевший голос. Он с трудом разлепил веки и, приподнявшись, огляделся – сынишка, которому недавно исполнился год, о чем-то спорил с нянькой Каролиной, приходившейся Генриетте родной теткой. Их голоса доносились из гостиной через приоткрытые двери.
– Ты не заболел? – спросила Генриетта, приложив ко лбу мужа мягкую ладонь.
– Все в порядке, дорогая, просто ночью ворочался из-за грозы.
– Вот-вот, ночью гроза, а нынче на улице снег! Я его с детства не видела!
– Снег?
Каспар вскочил с постели и подошел к окну.
– Действительно снег, – произнес он без удивления, припоминая плясавшие на потолке тени. Живя в Ливене, нельзя было не понимать таких знаков – гроза, потом снег, и Каспар понимал, что нужно ожидать каких-то изменений, скорее всего, не очень хороших.
– Я тебе завтрак дважды разогревала, – напомнила Генриетта.
– Что-то есть совсем не хочется, – признался Каспар.
– Нет, – Генриетта всплеснула руками, – ты точно заболел!
– Мне нужно пройтись, и все будет в порядке, – натянуто улыбнулся Каспар, чувствуя в голове тяжесть.
– Хорошо, только оденься потеплее, – на улице холодно.
– Я накину синий шерстяной плащ.
– Даже не думай! Синий плащ он наденет, да на нем латка на латке, ты же его в каждый поход таскал.
– Мне в нем привычнее.
– Нет уж, ты не какой-нибудь плотник, Каспар, ты известный и уважаемый в городе человек, нужно одеваться побогаче.
– Хорошо, оденусь побогаче, – со вздохом согласился он.
На улице было хорошо, легкий морозец пощипывал Каспара за нос и уши, и он растирал их перчаткой, улыбаясь прохожим. Однако радости Фрая никто не разделял, у простых горожан не лежали в банке тысячи золотых дукатов, заработанных на службе у герцога Ангулемского, людей небогатых мороз со снегом застали врасплох, и им предстояло подумать о том, где взять дрова для обогрева жилищ.
На Рыночной площади было все так же шумно, пахло дымом из труб окрестных домов. По случаю холодной погоды крикливые торговки дрожжевым пивом предлагали отведать горячего травяного отвара. Весело стучали молотками сапожники, они не успевали справляться с заказами, поскольку все бросились чинить обувь и ставить вторые подметки.
Между рядов прохаживались угрюмые стражники, лишь на некоторых поверх стальных кирас были наброшены войлочные накидки, – большинство же давно их пропили.
– Добрый день, господин Фрай, – поздоровался с Каспаром старшина городской стражи Виршмунд, их дома стояли по соседству. В прежние времена старшина был важен, но теперь его пребывание в должности подходило к концу, об этом знал весь город.
– Здравствуйте, сосед, – вежливо ответил Каспар.
– Ну и как вам эта погодка, а? – Виршмунд похлопал себя по отвислому брюху.
– Мне нравится, вот вышел прогуляться.
– Нравится? – Старшина шаркнул сапогом по грязному снегу. – Да мы перемерзнем все, сожри нас огры, угля на всех не хватит! Угольщиков на весь город едва полторы сотни наберется, а нужно полтыщи!
– Перебьемся дровами, старшина, к тому же это еще не холод.
– Вам хорошо говорить, господин Фрай, вы человек обеспеченный, люди шепчутся, скоро замок себе построите… – Маленькие поросячьи глазки Виршмунда завистливо блеснули.
– Врут, – просто ответил Каспар. – Вот разве что конюшню…
– Конюшню? Так вы же лошадей у Табриция держите.
– Вот и думаю, стоит ли затеваться.
Каспар замолчал, со скукой глядя на Виршмунда, и тот был вынужден распрощаться.
Поправив пояс с мечом, Каспар отправился вдоль торговых рядов, прикидывая, что купить домой.
Обойдя площадь, он почувствовал себя значительно лучше, голова прояснилась. Пришла мысль навестить Углука, которому Каспар стал чем-то вроде опекуна. Возвратившись из последнего похода, орк отказался возвращаться на родину, поскольку к нему, по его мнению, там относились без должного уважения.
