В лунном свете по лугу неслись НКО, вооруженные щитами и дубинками. За ними следовала горстка эмиссаров, включая Биргитту Тьядер и Кэхила Белла. Тьядер заметила нас первой и испустила гневный вопль. Ник поднял пистолет и прицелился ей в голову. Другого варианта нет, арсеналы бессильны против невидцев.
Я обернулась к пленникам. Впервые за все время им необходимы слова поддержки. Кто-то должен сказать, что они справятся. И этим кем-то предстоит стать мне.
– Видите этих легионеров? – громко спросила я. – Они хотят отрезать нам путь к свободе. Им не нужно, чтобы мы вернулись в город и рассказали всем, что здесь творится. Они жаждут нашей смерти… – Голос у меня срывался, но нужно продолжать. Нужно! – Я открою замок, и мы выберемся. Обещаю, к рассвету уже будем в Лондоне. И больше никакой колокол не загонит нас в темницу.
В ответ послышались возгласы одобрения. Майкл зааплодировал.
– Но сначала вы должны удержать луг. Соберитесь! Это последний рывок. Дайте мне две минуты, а я дам вам свободу.
На сей раз не было ни упреков, ни протестов. Мятежники лишь крепче сжали оружие, созвали на подмогу всех близлежащих духов и ринулись на НКО. Надин и Зик бросились следом, в самую гущу схватки. Духи луга устремились на карателей и атаковали яростней всякой пули. Джекс не тронулся с места и смерил меня оценивающим взглядом:
– Неплохо сказано. Для непрофессионала, конечно.
Это был комплимент. Похвала главаря мимов своей подельнице. Хотя искреннего восхищения не чувствовалось.
Две минуты. Я обещала уложиться в этот срок.
– Дани, дай мне кислородную маску.
Та полезла в карман. Ее лоб покрылся испариной.
– Держи. Но учти, кислорода мало. Придется ловчить.
Я растянулась на траве, как можно ближе к замку.
Ник вызывающе глянул на стража:
– Не знаю, кто ты, но надеюсь, ты понимаешь, что делаешь. Она тебе не игрушка.
– По Безлюдью вам не выбраться. – Страж покосился на темный лес. – Если у вас нет другого варианта, доктор Найгард, это единственный способ.
Я надела маску, и в нос хлынул кислород.
– Поторопись, – сказала Дани. – Когда зарядка кончится, толкну.
Я кивнула.
– Страж, как у Себа второе имя?
– Альберт.
Я закрыла глаза.
– Две минуты, – напомнил Ник.
Это были последние слова, прозвучавшие в материи.
Миниатюрный разъем в эфире поглотил меня, как всякий лабиринт, как одна капля поглощает другую. Дальше передо мной возник покойный мальчик. Я не шелохнулась и только смотрела на него. Но сомнений никаких – это Себастиан Альберт Пирс, юный невидец, которого мне не удалось спасти. Он бился в каменных стенах, бросался на прутья решетки. Залитое кровью лицо перекосилось от злости, волосы посерели от пепла.
Моя прошлая встреча с полтергейстом случилась наяву, но даже сейчас Себ мог серьезно травмировать мой фантом. Нужно помешать ему.
– Себ, – нежно, как только сумела, окликнула я.
Он моментально заметил постороннего и бросился на меня.
Я схватила его за руки:
– Себ, очнись! Это я.
– Ты позволила мне умереть, не спасла, – верещал он. – Из-за тебя я умер. Я мертв, Пейдж. И не могу… – он с разбегу врезался в стену, – не могу выбраться отсюда.
Зыбкий силуэт дрожал в моих объятиях. Торчащие ребра выступали вперед, как при жизни. Превозмогая страх, я взяла перепачканную мордашку в ладони. При виде сломанной шеи меня затошнило.
Но ничего не поделаешь, надо. Надо усмирить его гнев, иначе он укоренится навеки. Сейчас говорит не Себ, а его горечь, обида и боль.
– Себ, выслушай меня. Мне очень, очень жаль, что так получилось. Ты не заслужил такой страшной участи. – (Черные глаза смотрели на меня в упор.) – Позволь тебе помочь, еще не поздно. Тебя еще можно освободить. Хочешь снова встретиться с мамой?
– Мать ненавидит меня.
– Нет. Выслушай меня, Себ. Пожалуйста. Я не спасла тебя. Прости… – Мой голос дрогнул. – Но мы можем освободить друг друга. Если выберешься из комнаты, я выберусь из города.
– Никто не выберется. Она так сказала. – Он схватил меня за руку и быстро-быстро замотал головой. – Ни ты, ни я.
– Я могу помочь тебе уйти.
– Не хочу уходить. Зачем? Она все равно убила меня. А мне еще жить и жить.
– Верно. Но неужели ты хочешь прожить тут вечно?
Контуры Себа снова расплылись.
– Вечно?
– Да. Ты ведь этого не хочешь.
Его шея вдруг срослась.
– Пейдж, неужели мне придется уйти навечно? Неужели нельзя вернуться?
Меня била дрожь. Почему я не спасла его! Почему не помешала ей!
Я медленно обняла его за плечи.
– Мне не под силу отправить тебя к свету. Ну знаешь, последний свет, который видят в конце туннеля. Туда путь закрыт. Но можно пойти дальше, во тьму, где уже никто тебя не поработит. Потом вернешься, если пожелаешь.
– Если пожелаю, – эхом вторил он.
– Да.
Себ замер у меня в объятиях. Даже без пульса было понятно, как сильно он напуган. Серебряная пуповина дрогнула.
– Не ищи ее, – прошептал Себ, судорожно цепляясь за мой фантом. – Наширу. Они мечтают осушить нас до дна. И потом, есть тайна.
– Какая тайна?
– Прости, не могу сказать. – Он взял меня за руку. – Для меня уже слишком поздно, но ты сумеешь. Сумеешь положить этому конец. Мы поможем тебе. Мы все.
