Мы направились к моей пятихатке, за нами следовал Тошка, он в последнее время постоянно ходил за мной по пятам, даже скорее не за мной, а за нами с Алексом, как будто ему доставляло удовольствие наблюдать за нами.
Впрочем, мы были такие счастливые, что и ему кое-что перепадало, — мы готовы были с ним поделиться своей радостью и то и дело его поглаживали, а он улыбался нам во весь рот.
Но в мой домик мы так и не попали: там горел свет и слышались голоса. Осторожно заглянув в дверь, мы увидели Нику со Славиком. Они, очевидно, собирались на сафари, потому что Ника рылась в коробке с вещами не первой необходимости, которую девочки из-за нехватки места в своей тесной обители перенесли ко мне. Не смущаясь, Ника сказала:
— Входите, мы сейчас уходим.
— Да нет, не торопитесь, мы пойдем к тебе.
И мы расположились в пятихатке девочек и, разумеется, уселись пить кофе. Сколько кофе мы выпили вдвоем с Алексом за эти сумасшедшие дни, наверное, нашу годовую норму! Тошка, с благодарностью приняв кусочек печенья, разлегся между нами, так что нам пришлось сидеть, не касаясь друг друга. В распахнутую настежь дверь лился лунный свет, настраивая нас на лирический лад. Мне вспомнился рассказ Мопассана о лунном свете, который создан для влюбленных.
— Слушай, Алекс, мне кажется, что у Аси с этим большим дикарем — любовь. Ребята наверняка подняли бы меня на смех, но ты заметил, с какой неохотой Горбун уплывал от каракатицы, когда мы все выскочили на берег?
— Ты думаешь, он в нее влюблен?
— Возможно, животные не умеют думать. Но чувствовать-то они чувствуют!
Но тут нас прервали. В дверном проеме появилась смеющаяся Вика:
— Простите, ребята, я не знала, что вы здесь. Я хотела переодеться. Сейчас только возьму сухое и тут же уйду.
— Мы сейчас выйдем.
— Не надо, пейте свой кофе.
Тут я увидела, что ее легкое платьице насквозь промокло и прилипло к телу, обрисовывая ее округлые формы. Алекс встал, и она подошла к своему чемодану, оставляя на полу мокрые следы.
— Что случилось?
— Ничего, просто небольшой несчастный случай.
— Подзорную трубу, случайно, не утопили?
— Нет.
Схватив джинсы и майку, она поспешно вышла, так что я не успела предупредить ее, что моя хатка тоже занята. Послышались голоса, потом уже под самой стеной хижины раздался ее ворчливый голос:
— Куда ни сунешься — всюду парочки!
Мы так и покатились со смеху — Вике пришлось переодеваться в кустах!
Но и после того как она ушла, нам не удалось как следует насладиться обществом друг друга. Только мы вознамерились наконец поцеловаться, как нас потревожила Ванда, разыскивавшая своего пса.
И лишь когда она, смущаясь и извиняясь, увела упиравшегося всеми четырьмя лапами Тошку, мы, позабыв об остывшем кофе, бросились друг другу в объятия.
Мы целовались как сумасшедшие; мне казалось, что никогда еще поцелуи не доставляли мне такого наслаждения. Я теряла голову, тело мое, казалось, таяло, кожа пылала. И, самое главное, всеми своими чувствами я ощущала, что Алекс испытывает то же самое, во всяком случае, от него исходил самый настоящий жар, руки его меня обжигали. Пусть на миг, на те секунды, что длится поцелуй, на какие-то десять дней, мы с ним чувствовали одинаково. И мы оба не хотели торопиться, поднимаясь шаг за шагом на ту вершину, где мы сольемся в единое целое…
Это будет скоро. Завтра. Или послезавтра.
Уже целую неделю и биостанция, и озеро жили в ожидании праздника — Дня рыбака, который по календарю приходился на каждое второе воскресенье июля. Для меня всегда было загадкой, почему в качестве профессионального праздника дельфинеров был выбран именно этот день — то ли потому, что наши ребята каждый год ловили дельфинов вместе с рыбаками на рыбацких судах, то ли оттого, что многие тренеры получали диплом в Институте рыбного хозяйства, и учились они при этом не где-нибудь, а на кафедре китов и дельфинов! (Хотела бы я увидеть того остряка, который приписал китов и дельфинов к рыбному хозяйству!)
Как бы то ни было, этого дня ждали целый год, к нему готовились — если не год, то хотя бы неделю.
В этом сезоне предметом бурной дискуссии служил вопрос о том, справимся ли мы с подготовкой зрелищной части сами или стоит позвать на подмогу профессионалов — двух актеров, приятелей Малютина, которые остановились в палатке неподалеку от соленого озера, В конце концов было решено, что маслом, то бишь артистами, кашу не испортишь.
