Машину вел Джонстоун, а Лэнни, сидя на переднем сиденье вполоборота к Крейсу, не спускал с него глаз и дула крупнокалиберного дробовика. Джонстоун изо всех сил старался вывести из себя Крейса, изощряясь в язвительных расспросах и предположениях о том, чем он занимался среди ночи на улице, как он ухитрился так крепко насолить долдонам из ЦРУ, с чего бы это ему шьют убийство в Блэксберге... Лэнни, судя по его широкой улыбке, наслаждался происходящим, но молчал. Крейс тоже никак не реагировал, сидел с закрытыми глазами, делая вид, что пытается вздремнуть. Через некоторое время фантазия Джонстоуна иссякла, и он сосредоточился на управлении машиной. Лэнни также отвернулся от Крейса и плакался напарнику, что в штаб-квартире ФБР какая-то сволочь постоянно мухлюет с графиком дежурств. Проехав по Конститьюшн-авеню до Двадцать третьей улицы, они свернули по направлению к парковой автостраде Джорджа Вашингтона. Крейс внимательно следил за маршрутом, мысленно готовясь к осуществлению своего плана побега.
Крейсу, который в свое время ездил этой дорогой не одну тысячу раз, достаточно было лишь бросить беглый взгляд из-под прикрытых век, чтобы точно определить, где именно они находятся. Едут скалистым берегом Потомака, до Маклина и Лэнгли уже недалеко. Слева тянется невысокий каменный разделительный бордюр, за ним и двумя полосами встречного движения высится густой лес. Справа между столь же высоченными, но не так тесно стоящими деревьями виднеется река, которая поначалу течет почти вровень с автострадой, а потом ныряет вниз футов на двести, на дно узкого ущелья с отвесными склонами.
Допустить, чтобы его доставили в штаб-квартиру ЦРУ, Крейс не мог. Он знал, что его там ждет и куда он оттуда отправится. ФБР и ЦРУ достигли понимания на самом высоком уровне. Возможно, при посредничестве и содействии руководства министерства юстиции. Эта поездка в Лэнгли никакого отношения к угрозе взрыва в Вашингтоне не имеет. С ним хотят поквитаться за Эфраима Гловера. Однако он не ягненок и не позволит этим двум придуркам отдать его на заклание. Он ведь еще не забыл, как самолично водворил в тюрьму строгого режима в Льюисберге одного бедолагу, которого после этого никто больше не видел ни в зале суда, ни на воле. Но это еще не все. Они задействовали Мисти, и та попытается добраться до Линн. И он сделает все, чтобы вырваться на свободу и защитить свою дочь.
Когда их автомобиль миновал первую смотровую площадку, Крейс внутренне сжался в тугой комок мышц и нервов. Ровно через милю будет еще одно посещаемое туристами местечко, где в свое время нашли застреленным президентского адвоката, который якобы покончил жизнь самоубийством. Лэнни продолжал брюзжать, что вот его какая-то сволочь в штаб-квартире постоянно назначает в ночную смену два раза в месяц, а какие-то новобранцы сопливые, особенно если это смазливые телки, и по разу не дежурят. Джонстоун, похоже, его плаксивый монолог не слушал, хотя время от времени сочувственно хмыкал между глотками кофе. Через его плечо Крейс видел, что стрелка спидометра дрожит на отметке шестьдесят пять миль в час, на десять миль выше разрешенной на этом участке скорости движения, что, впрочем, в такое время суток было вполне нормальным. К тому же окажись здесь патруль дорожной полиции, копы сразу опознают государственную принадлежность седана. Джонстоун небрежно покручивал руль левой рукой, правой придерживал на коленях бумажный стаканчик с уже остывшим кофе.
Крейс начал незаметно подавать туловище вперед, натянув ремни безопасности до того, что они больно врезались ему в плечи. Завидев справа смотровую площадку, он, падая на левый бок, нанес Джонстоуну сокрушительный удар каблуком пониже правого уха. Агент изумленно хрюкнул и всем телом ткнулся в дверку. Машину бросило влево, прямо на каменный разделительный бордюр. Лэнни, разбрызгивая кофе, взмахнул руками, завопил: «Куда ж тебя несет!» — вцепился в руль, резко выворачивая его вправо. Под визг колес машина метнулась к обочине, с оглушительным треском лопнула левая передняя покрышка, седан, кувыркаясь и вздымая фонтаны пыли и битого стекла, полетел вниз по склону. Ударился о деревце, сполз на автостоянку под смотровой площадкой, встал на колеса, с хрустом проломил невысокую ограду и завис над отвесным обрывом, под которым Потомак привольно нес свои воды.
Успевший сгруппироваться Крейс остался целым и невредимым. Он щелкнул пряжками ремней безопасности, перегнулся через спинку переднего сиденья и захлестнул цепочку наручников вокруг горла Лэнни. Тот, ошеломленный и запутавшийся в складках подушки безопасности, даже не сопротивлялся. Крейс перевалил его безвольное тело через спинку и сбросил себе под ноги. Взглянул на потерявшего сознание Джонстоуна: его лицо скрывала подушка безопасности, туловище оказалось зажатым между сиденьем и выгнувшейся приборной доской. Ветровое стекло, так же, впрочем, как и остальные, разлетелось вдребезги, в салоне сильно пахло бензином.
