Дженет эта гневная тирада привела в полную растерянность, она не знала, что ему ответить. Линн молча рассматривала неровный пол землянки.
— Тем не менее мне очень жаль, что мы втянули вас в эту историю, мистер Уолл, — сказала наконец Дженет. — Они могут попытаться арестовать вас.
— Пусть попробуют, — дернул плечом Майка. — А вы тут сидите тихо, носа не высовывайте, пока старина Эд не вернется. И держите ухо востро. Это я насчет собачек. Подарочек наш их задержит, но вам придется сразу же уносить ноги.
— А что за подарочек?
— После моего ухода ребята оставят в тоннеле осиное гнездо.
— Большое?
— Да с мильен будет, никак не меньше. — В глазах Майки заплясали веселые огоньки. — А сейчас я вам еще кое-что покажу. Если они начнут стрелять, хватайте лампы, открывайте дверь и поджигайте вот этот запал. Смотрите, спички будут лежать здесь. Захлопните за собой створку как следует и бегите до первого поворота. Там, справа, вырыта каморка. Падайте на пол и зажмите уши покрепче.
Линн слушала его инструкции, согласно кивая. Майка проверил, достаточно ли в лампах керосина, и исчез в тоннеле. Дженет еще раз осмотрела и даже для чего-то пощупала фитиль запала. Однако уверенности в том, что она поступит так, как советовал Майка, у нее не было. Еще неделю назад она могла бы быть среди тех, кто ворвется в землянку. С другой стороны, как только дело касалось Эдвина Крейса и его дочери, все правила, похоже, переписывались заново. Взять, к примеру, тот пожар в больнице. Старик, может, и перебарщивает, однако здесь, в горах, люди явно убеждены, что правительству ни в чем доверять нельзя. Если за ними придут с собаками, то нарвутся на миллион разъяренных ос. Если же станут выкуривать слезоточивым газом под пули снайперов, динамит обрушит землю на их головы.
Линн собралась обследовать дверь в задней стене, чтобы удостовериться, что они смогут ее открыть. Дженет сидела за столиком, закрыв лицо ладонями. Надо дать знать своим, где они с Линн Крейс находятся. «Они тебе больше не свои, — прозвенел где-то у нее в голове тоненький голосок. — Майка Уолл и его родичи защитят тебя от них, пока... Пока что? Пока не вернется Эдвин Крейс?» У Дженет появилось ощущение нереальности происходящего. Только на прошлой неделе она была агентом федерального ведомства, а сейчас в течение всего одних суток превратилась в фигуранта федерального розыска. Интересно, что поделывают сейчас Фансворт и ее коллеги из отделения в Роаноке? Карабкаются по горам в поисках ее и Линн? Или сидят себе в своих креслах, ожидая распоряжений от больших боссов из Вашингтона? Тех самых, что не хотят слышать никаких предупреждений об угрозе взрыва и больше озабочены тем, как бы насолить другому ведомству, нежели тем, как спасти человеческие жизни...
Ей очень хотелось позвонить к себе в контору, поговорить хоть с кем-нибудь, узнать, что, к черту, вообще происходит. Но кому ей звонить? Ведь не резиденту же Фансворту. И не Ларри Тэлботу, который даже словом перемолвиться с ней побоится. И не Кинэну. В БАТО она никого не знает. И уж, конечно, не Эдвину Крейсу. Во-первых, один Бог знает, где он сейчас находится, во-вторых, за ним самим гонится ФБР плюс наверняка БАТО и ЦРУ.
— Я там оставила пару ламп и спички, — сообщила ей Линн, протискиваясь в землянку. — Майка не преувеличивал, тоннель действительно узкий.
— Схему положите на видное место, — предложила Дженет. — Если придется бежать, мне вовсе не улыбается блуждать в подземельях до конца жизни.
— Вот здесь будет, рядом с дверью. — Линн уселась за столик, поморщилась, задев за край больным боком. — Хотела бы я знать, где сейчас отец. И что, к черту, вообще происходит.
— Вы просто читаете мои мысли. Слово в слово. Меня лично так и подмывает вылезти наружу и посмотреть, нет ли там где телефона.
— И кому вы собираетесь звонить?
— Вот в этом-то вся проблема. Не разберусь, кто за нас, а кто против. И чего еще ждать от этой тетки из ЦРУ... Это надо же, поджечь больницу, слов нет! Кстати, агентам ЦРУ запрещено действовать на территории Соединенных Штатов.
— Знаю, — задумчиво кивнула Линн. — Только не уверена, что они следуют этому правилу. Когда отец помогал им, он иногда выезжал за рубеж. Но и здесь, в Штатах, работал тоже. Все зависело от того, за кем он охотился.
— Но если надо выследить кого-то в Штатах, это задача ФБР, никак не ЦРУ.
— Думаю, именно по этой причине отец и был им нужен, — невесело усмехнулась Линн. — Формально он служил в ФБР и не имел к ЦРУ отношения.
— Ах вот оно что... — протянула Дженет. — Значит, в случае провала операции и он мог предъявить удостоверение ФБР, и к ЦРУ не было никаких претензий...
— Что-то вроде того. Он никогда не посвящал меня в детали своей работы, но, насколько я понимаю, они преследовали людей, которые вышли из-под контроля ЦРУ. Их нужно было нейтрализовать, и не важно, каким способом.
— Хотите сказать, провинившихся просто приканчивали?
