— Вон валуны. Еще теплые. Сидите здесь. Отец сейчас придет. — Бородач попятился и прямо у них на глазах растворился среди сосен.
— Эй, он мне не приснился? — ошеломленно прошептала Линн.
— Очень надеюсь, что нет, — тряхнув головой, ответила столь же потрясенная Дженет. — Черт, как же я перепугалась... Пошли посмотрим, что он там говорил насчет валунов...
Около получаса они просидели, прижавшись спинами к гладкому боку огромного валуна, который действительно сохранил тепло полуденного солнца. Потом заметили среди сосен приближающийся свет фонаря. На тропинку вышел Майка, в одной руке он нес керосиновую лампу, другой сжимал обрез двустволки. По пятам за ним следовал бородач с винтовкой на изготовку. Майка приветственно взмахнул рукой и приложил палец к губам.
— Будем спускаться, — едва слышно сказал он, задувая лампу.
— Ну, слава Богу! — обрадовалась Линн.
— Потише, — недовольно буркнул Майка. — Кругом налоговиков тьма-тьмущая.
— Куда пойдем? — прошелестела Дженет, теряясь в догадках, каким образом могло случиться так, что Майка выстрелы услышал, а «налоговики» нет.
— К старине Эду. У него в хижине сейчас никого. А куда подевались те, что гнались за вами в пещере?
Дженет рассказала ему, что произошло у подземного озера, старик с довольным видом кивнул. Он вновь прижал палец к губам и зашагал вниз по тропке. Дженет и заметно прихрамывающая Линн пошли следом. Бородач сопровождал их некоторое время, потом по знаку Майки свернул и опять бесшумно исчез в лесной чащобе.
Через сорок минут они выбрались к просторному лугу позади хижины Крейса. Майка жестом велел им остановиться, а сам прокрался к опушке. Понаблюдав несколько минут, вышел на луг и направился к огромному валуну, где Крейс прятал свой «барретт». Там он засветил лампу и, вытянув руку, несколько раз махнул ею вверх-вниз. Дженет, напряженно следившая за его действиями, успела заметить, как у хижины ответно мигнуло яркое пятнышко света. «Это еще что? — тревожно пронеслось у нее в голове. — Он же говорил, что в хижине никого нет». Майка повернулся и взмахом руки подозвал их к себе. Видно, кто-нибудь из его родичей, успокоенно решила Дженет. Ей пришлось помочь охающей Линн подняться на ноги, та заковыляла, тяжело опираясь на ее руку.
— Почти пришли, — ободряюще шепнула она.
— Куда? — равнодушно спросила Линн, и только сейчас Дженет увидела, что глаза девушки закрыты.
— Домой к вашему отцу. Майке просигналили, что там все чисто.
Они медленно пересекли луг, Линн еле брела, с трудом переставляя заплетающиеся ноги. Дженет с холодеющим сердцем ощущала себя живой мишенью, выставленной на открытом пространстве между чернеющим вдали лесом и темной хижиной, однако Майка спокойно, уверенно и безбоязненно вел их вперед. Когда они ступили в тень окружавших дом Крейса деревьев, потрясенная до глубины души Дженет увидела выходящего им навстречу Фансворта в окружении пяти агентов из Роанока, среди которых сразу заметила радостно ухмыляющегося Билли Смита. Рука ее машинально потянулась к револьверу, однако по тому, как вел себя Майка, Дженет поняла, что тот знал, кто их здесь поджидает. Фансворт бросил быстрый взгляд на Линн и тут же распорядился, чтобы двое агентов помогли ей дойти до хижины. Потом подошел к Дженет.
— Привет, Джен! — улыбнулся он. — Кофейку не хочешь?
Дженет обернулась к Майке, который стоял в сторонке, неловко переминаясь с ноги на ногу. Он привел их прямо в лапы преследователей.
— Что же вы натворили, мистер Уолл, — презрительно проговорила она.
— Не сердись на него, Джен, — примиряющим тоном вмешался Фансворт. — Он все сделал как надо. Пойдем в хижину, выпьем по чашке кофе. Мне надо тебе кое-что сказать.
Через сорок пять минут, с невыразимым наслаждением постояв под обжигающе горячим душем и переодевшись в сухую одежду из гардероба Линн, Дженет сидела с Фансвортом на кухне за чашкой кофе. Линн, после того как вокруг нее посуетилась вызванная из округа бригада «Скорой помощи», крепко спала на отцовской кровати. Агенты вышли на улицу, с ними остался лишь Билли, уткнувшийся в экран портативного компьютера, который оперативники использовали для защищенной связи во время работы в поле.
— Прежде всего прошу принять обратно вот это. — Фансворт положил перед ней ее удостоверение и «зауэр». — Обстоятельства, которые привели к твоему увольнению, изменились. И очень.
Дженет потрогала пальцем корочки, пистолет, но оставила их лежать на столешнице.
— И каким же образом? — ледяным тоном поинтересовалась она.
Физически она чувствовала себя абсолютно опустошенной, однако кофеин оказывал свое действие: голова работала четко и ясно. На государственную службу она вернется лишь в том случае, если Фансворт сумеет представить убедительные объяснения. Билли поспешно нацепил наушники и принялся что-то быстро наговаривать в микрофон.
Фансворт откинулся на спинку стула и по своей излюбленной привычке с ожесточением потер подбородок.
