— Если бы мог, думаю, доказал бы обязательно. Но когда начинаешь ворошить угли на таком уровне, то появляющееся пламя тут же гасят пожарные с Олимпа. Как правило, предлагают договориться. А судя по тому, что мне о нем известно, Крейс на подобные сделки не идет. Боссы в ЦРУ поняли это слишком поздно. Как бы то ни было, Марченду всыпали по первое число, а он, в свою очередь, воспользовался бойней в Милвуде как предлогом, чтобы расправиться с Крейсом административным путем, действуя через комиссию ФБР по профессиональной этике. Вывод о служебном несоответствии и профнепригодности автоматически нейтрализовал все обвинения Крейса в отношении тех, кто командовал Гловером.
— Да, печальный конец многообещающей карьеры.
— Еще какой многообещающей! О Крейсе ходит множество легенд. В компании специалистов из ЦРУ он побывал в таких местах, что и на карте не сыщешь. Мне рассказывали, он даже проходил обучение вместе с теми, кого называют чистильщиками.
— Да, Ларри Тэлбот упоминал нечто в этом роде. Утверждал, что они оперативники с узкой специализацией. Охотятся за собственными агентами, допустившими тот или иной промах.
— А вы считаете, что всю эту чушь собачью ЦРУ само придумывает. Страшилки для непосвященных.
Дженет собралась было возразить, но запнулась. Слово в слово то, что она высказала Тэлботу. Ну, Ларри, ну, стукач! Резидент следил за ней со снисходительной улыбкой.
— Позволь, поделюсь с тобой тем, что слышал. Особо подчеркиваю — всего лишь слышал, — продолжал Фансворт. — Рассказывают, что чистильщик — это тот, кого наши обожаемые братья из Лэнгли задействуют в том случае, когда один из их собственных нелегалов сбивается с пути. Речь идет не об обычных оперативниках, которые помогают нам выслеживать вражеских агентов на улицах Вашингтона. Речь идет об оперативниках узкой специализации, которые охотятся и «возвращают» — так это у них называется — тех участников секретных операций, которые либо спятили, либо переметнулись на другую сторону, либо занялись маленьким частным бизнесом. Скажем, вместо того чтобы играть по правилам, начинают мочить неугодных. Другими словами, выходят из-под контроля настолько, что возникает необходимость «возвратить» их на родину и поместить на конспиративную квартиру в каком-нибудь тихом сельском месте в Виргинии. Где можно заняться проблемой.
— Что значит «заняться»?
— А то, что твое воображение подскажет, — ухмыльнулся Фансворт. — Но вот что интересно: когда ЦРУ обнаруживает в своих рядах «трудного ребенка», его уведомляют об отправке к нему чистильщика. Предполагается, что одного такого уведомления достаточно, чтобы вышеозначенный «трудный ребенок» образумился. Добровольное возвращение оказывается куда предпочтительнее, нежели «возвращение» в компании с чистильщиком.
Дженет не знала что сказать.
— Ну а при чем тут Крейс?
— Крейса по договоренности между боссами одолжили ЦРУ на время. Поговаривали, что он проходил там специальное обучение, выполнял задания вместе с их чистильщиками. Несколько лет работал вне структуры ФБР. Я тут как-то встречался с одним парнем, он сейчас за главного в нашем отделении в Луисвилле, так вот, он знавал Крейса в те времена. Рассказывал, что Крейс в ЦРУ стал как родной. Там от него никаких секретов не было. Его начальники в ФБР не знали что делать. Однажды они отозвали Крейса проследить за своим заподозренным в нечестной игре агентом, так тот сам прибежал и сдался, потребовав обеспечить ему круглосуточную охрану. Крейс нагнал на него такого страху, что агент выложил на допросах и то, о чем в ФБР даже и не догадывались. А потом случай в Милвуде. После него все, кто знал Крейса, старались держаться от него подальше.
— Могу их понять, — раздумчиво протянула Дженет. — Лично у меня сложилось впечатление, что Крейс склонен к насилию и жестокости. Вопрос в том, насколько он способен контролировать эти свои наклонности.
— Вот в этом-то все и дело. Конечно, никому доподлинно не известно, что в действительности произошло в Милвуде. И кто еще к тому времени попал в поле зрения следователей. Со смертью Гловера...
— Уж не хотите ли вы сказать? О Господи...
— Ага. ЦРУ напрочь все опровергало, но у нас в ФБР упорно поговаривали, что это была их работа. Точнее, одного из их чистильщиков. Но когда Крейс начал выдвигать обвинения против Китая, поднял шумиху насчет сотен тысяч долларов, стал тыкать пальцем в самую верхушку нашего правительства, у всех сразу отпала охота копать дальше.
— Ну и ну! А теперь у него исчезла дочь...
— И двое ее приятелей, не забывай.
— А не может быть здесь какой-то связи?
— Сомневаюсь. Однако из Ричмонда я получил четкое указание дело прикрыть немедленно и передать его в Управление по розыску пропавших.
— Только потому, что оно касается дочери Крейса?
Фансворт посмотрел на нее с тем снисходительно-терпеливым выражением, что всякий раз заставляло Дженет чувствовать себя первоклашкой.
— Или вы хотите сказать, что им будет заниматься ЦРУ?
