Высокий был уже футах в пятнадцати от нее. Томми закашлялся, потом застонал от боли, течение опрокинуло его на бок. Он погрузился в воду чуть ли не по шею, его била неудержимая дрожь. Рип с выпученными глазами бормотал что-то несвязное, ручей плескался под самым его подбородком. Линн по-прежнему не могла рассмотреть лица человека, затененного широкими полями шляпы, похожей на те, что носят горцы.
Он, борясь с сильным течением, приблизился еще на несколько шагов и протянул ей руку. Она еще решала, как поступить, когда с верховьев ручья донесся оглушительный рев. Линн бросила взгляд через плечо и увидела несущуюся из-за излучины пятифутовую стену бурой воды, камней и мусора.
Она вскрикнула, зная, что произойдет в следующую минуту. Высокий бородач схватил ее за руку и потащил к кромке леса. Она закричала что-то про Томми, но держал ее мертвой хваткой и буквально волочил, как куклу, по воде вверх по склону лощины. Он только успел вытащить ее на сухое место, как там, где они только что стояли, под треск сталкивающихся камней пронесся водяной вал. Остро запахло тиной и илом, Линн ладонью стряхнула с лица капли дождя и попыталась высмотреть Томми и Рипа, но они исчезли. Почти в то же мгновение за первой волной накатила вторая. Лощина заполнилась водой почти до самого леса по обоим ее склонам. На бурлящей поверхности плясали обломанные ветки, кусты и даже небольшие деревца, ребята оказались погребенными под пятифутовой толщей бурой жижи. Погибли. Линн почувствовала, что теряет сознание.
Мужчина, не ослабляя хватки, приказал спутнику:
— Отведи ее в нитрокорпус. Запри как следует. Потом вернемся за трупами.
— Где-то еще машина должна быть, — раздумчиво проговорил тот.
Линн не могла оторвать глаз от плещущего бурого потока, лишь несколько минут назад бывшего узеньким ручейком.
— Машину тоже придется найти, — согласился высокий. — И рюкзаки. Ладно, веди.
Что значит «веди», мелькнуло у нее в голове, это еще куда? Кто они такие, черт побери? Она собралась было поинтересоваться, что здесь вообще происходит, когда высокий заломил ей руки за спину. У нее вырвался протестующий вопль, но второй ловко завязал ей глаза сырым лоскутом, а рот залепил клейкой лентой. Она стала вырываться, но человек сзади резко дернул вверх ее сведенные за спиной локти, и все тело пронзила острая боль. Линн сдавленно простонала и перестала сопротивляться.
— Не дергайся, — предупредил он. От него пахло намокшим брезентом, волглой кожей и чем-то еще... химическим. Голос его на фоне лопотания разлившегося ручья шелестел особенно зловеще и пугающе. — Зря вы сюда забрели, совсем зря.
Прежде чем вернуться в офис, специальный агент Дженет Картер внимательно оглядела себя в зеркале дамской комнаты. Она все еще переживала из-за случайно подслушанного сегодня утром разговора коллег в кафе неподалеку от здания ФБР в Роаноке. Какой-то новоиспеченный агент, только что из академии, в очереди за кофе расспрашивал о ней другого, не подозревая, что она сидит совсем рядом, по другую сторону кассы. В местном отделении она была единственной женщиной среди агентов, так что когда новичок начал интересоваться рыжеволосой крошкой из отдела особо тяжких преступлений, она, естественно, сразу насторожилась.
— Особо не обольщайся, — отвечал тем временем другой. — Мордашка-то как у школьницы, а самой уж тридцать с хвостиком, скоро сорок стукнет. Восемь лет в ФБР, и ни одного из наших мужиков даже близко не подпускает. Так что прикинь сам.
«Чего там еще прикидывать, — обиженно подумала Дженет. — Если не крутишь шуры-муры в конторе, значит, обязательно лесбиянка? На это он намекает? Или считает, что для салаги я слишком стара?» Она пристально вгляделась в отраженную зеркалом «мордашку». Пышные рыжие волосы, блестящие зеленые глаза... Согласна, пара-другая морщинок, но едва заметных, упругий, без складок, подбородок, здоровая гладкая кожа. Да, она выглядит моложе своих тридцати семи, а что в этом плохого, скажите ради Бога? Три-четыре раза в неделю надрывается на тренажерах и находится в куда лучшей форме, нежели многие из ее коллег, если, конечно, результаты ежегодной проверки физической готовности о чем-нибудь говорят. Да ладно, расслабься. Захотелось парням языком потрепать, только и всего. В общем и целом команда в Роаноке Дженет нравилась, коллеги к ней относились хорошо.
