– Нет. У серийных убийц есть свой мотив, но его, мягко сказать, сложно понять нормальным людям. И вот тут возникает интересный вопрос. Если маньяки неадекватные люди, психически больные, то почему их так сложно найти? Неужели по его лицу не видно, что он кровавый мясник, одержимый психопат?
– Но ведь… чаще всего не видно! – немного удивленно воскликнула Марина. – Я слышала по телевизору, что маньяки в обычной жизни спокойные люди.
– Вот именно. Даже близкие родственники некоторых серийных убийц и не подозревали, с кем живут. Соседи, коллеги по работе, друзья: никто ничего плохого не мог сказать про психически ненормального человека.
– В тихом омуте…
– Вот это и называется «маска нормальности». Долгое время считалось, что серийные убийцы могут превосходно притворяться и придерживаться линии поведения, которую в обществе принято считать нормальной. Однако все гораздо сложнее. Маска нормальности захватывает и глубинные слои психики. Маньяк не притворяется спокойным, адекватным человеком – он на самом деле абсолютно нормальный и даже добрый человек, пока его не потянет на очередное убийство.
– Но как такое вообще возможно?
– Хороший вопрос… Считается, что все дело в самих убийствах. Это мощная эмоциональная разрядка. Убийца настолько сильно «выпускает пар», что потом ведет себя совершенно спокойно, миролюбиво и неконфликтно. Поэтому все вокруг считают его добрейшей души человеком. Еще бы! Он ведь не ссорится по пустякам, и там, где обычный человек пошлет матом, а то и врежет, маньяк просто промолчит, уйдет от конфликта.
– Чтобы потом отыграться на другом, ни в чем не повинном человеке…
– Вот именно. Будешь чаю?
Марина удивилась, но согласилась. Мы с ней пришли на кухню и там продолжили разговор.
– Впрочем, все это касается только организованных убийц с ярко выраженной маской нормальности. Неорганизованные убийцы другие, угрюмые, нелюдимые с дурной репутацией. Они плохо заметают следы и их быстро ловят.
– А тот, кого мы ловим, он какой убийца?
– Сама как думаешь?
– Судя по всему – организованный.
– Вот в том-то все и дело! Этот мясник – организованный маньяк и с ярко выраженной маской нормальности. И это, пожалуй, единственное, что можно с уверенностью про него сказать. Во всем остальном у нас только догадки.
– Какие?
– Ну, например, причина убийств. Специалисты отмели мотивы: наживы, изнасилования, сексуального доминирования, мести. Убийца убивает быстро, не причиняя жертве лишних страданий, а это крайне не характерно для таких типов серийных маньяков. Так что наш урод, скорей всего, миссионер или визионер, – видя, что Марина не понимает, я разъяснил ей: – Миссионеры убивают во имя некой «великой» цели, например – сделать мир чище, убивая проституток. А визионеры действуют по приказу «высшего существа», бога или инопланетян, которые, конечно же, существуют только в их больном воображении.
– То есть живет себе обычный человек, работает, может быть воспитывает детей. А потом вдруг слышит голос: «Убей вон ту студентку, она слуга дьявола». И он идет и убивает?
– Именно так. А после убийства он возвращается к своей обычной жизни.
Неожиданно в наш разговор вмешалась Феникс:
– А почему ты считаешь, что маньяк не испытывает сексуального удовольствия, убивая своих жертв?
– Ну, во-первых, не я считаю, а эксперты. А во-вторых, нет характерных следов. Убийца действует четко и аккуратно и не пытается насладиться процессом. Для него важен сам факт убийства, а не процесс. Ты удивишься, Феникс, но не все маньяки стремились убивать своих жертв. Многим просто нравилось пытать их, а некоторые и вовсе убивали только для того, чтобы замести следы.
– Хм. Ну а как же то, что он потом делает?
– Не знаю… – я задумчиво почесал затылок. – Сложно понять, что заставляет его уже после убийства вытворять такое с жертвой.
– Меня больше волнует, как его поймать? – негромко произнесла Марина.
– Хороший вопрос… Предполагаемый облик предпочтительной жертвы довольно расплывчатый. Каких-то конкретных деталей выделить не удалось. Разве что…
– Что?
– Твоя идея, что убийца выбирает скромно выглядящих девушек, подтвердилась.
Марина довольно улыбнулась, а я продолжил:
– Но каких именно? Как? С этим проблемы. Никто не смог даже понять, где он знакомится с жертвами.
– Мне кажется, там, где может с ними поговорить.
– Ты уверена? А как же Лена?
– Это исключение. На улицах много патрулей, вот он и рискнул. Но после неудачи он должен вернуться к старому способу.
– Логично, – одобрила Феникс. – Так что мы будем сегодня делать?
– Охотиться, – ответил я.
Я не стал говорить, что немалую часть маньяков ловили случайно. Кого-то задерживали простые прохожие, кто-то начинал рассказывать о себе другим людям, а кто-то просто совершал ошибку. И были маньяки, которых так и не смогли найти.
