Он нарезал ветчину ломтями, насадил один на кончик ножа и протянул мне. Я с секунду смотрела на острие, проткнувшее розовое мясо, потом взяла ломоть и едва слышно пробормотала «спасибо». Нет, нельзя забывать, кто этот человек и зачем он меня сюда привез! Вся его обходительность не помешает кинжалу, который сегодня утром кормит меня, вечером оборвать мою жизнь…
– Что я сделаю с вами? Еще не знаю, – ответил он после паузы, насаживая на нож кусок копченой селедки.
Он вытер пальцы о льняную салфетку, в которую были завернуты продукты, глотнул вина и протянул бутылку мне. Но веревка ограничивала мои движения. Он только теперь обратил на это внимание.
– Сейчас, – сказал он, беря в руку нож.
Быстрым движением он перерезал веревку, освободив мои истерзанные запястья. Я с облегчением потерла руки.
– Но это ненадолго, – предупредил он, глядя на меня сине-зелеными, как море, глазами.
Я не колебалась ни секунды: взяла бутылку и сделала несколько глотков. Гордон почему-то молчал и не сводил с меня глаз. Ко мне вернулось странное ощущение дежавю. Этот наклон головы, эта улыбка… Я уже где-то видела этого юношу, еще до той встречи у Клементины! Может, в Перте или в Эдинбурге? Где же? Но память отказывалась мне помочь.
– Как долго вы собираетесь меня тут держать?
– Сколько понадобится. Претендент должен приехать сегодня. Французские суда на рейде, я видел их утром.
– Почему вы хотите его убить? Он возвращается во Францию, разве вам этого мало?
Он взял яблоко, откусил и принялся медленно жевать.
– Он может попытаться вернуться, – пояснил он.
– Вам так нужны деньги?
– Деньги? Что ж, вознаграждение мне пообещали щедрое, это правда. Но я не думаю, что смогу его получить. Я один, а принц наверняка будет окружен приближенными и этими висельниками-хайлендерами!
Сказано это было таким желчным тоном, что я содрогнулась.
– А я? Что будет со мной?
Он вздохнул и провел ладонью по лицу.
– Не знаю, я же вам сказал! Вас у меня в плане не было.
– Зачем тогда вы меня увезли? Что вам вообще от меня нужно? Я для вас – лишняя обуза!
Я высказала это повышенным тоном, четко отделяя слова. Лицо Гордона омрачилось, он стиснул кулаки.
– Может… Я не знаю, – ответил он растерянно. – Когда я вас вчера увидел… Я решил забрать вас с собой спонтанно! Вот и все.
Последовало продолжительное молчание. Гордон, явно взволнованный, встал и взял веревку.
– Мне нужно уйти, – нервно сказал он, словно объясняя свой жест. – Мне нужно узнать, где именно в городе остановится принц Яков.
Он связал мне руки за спиной. Я чувствовала себя слишком разбитой, чтобы сопротивляться. Он собрал остатки нашего импровизированного пикника и сложил их в полотняный мешок. Бутылку он прятать не стал – откупорил и выпил еще немного вина.
– Убийство… Зачем вам кого-то убивать? Ведь это – верный путь на виселицу!
– Это дело личного порядка. К тому же мне поручено это сделать…
Он замолчал.
По выражению его лица я догадалась, что он пытается разрешить какую-то внутреннюю дилемму.
– При сложившемся положении вы можете мне сказать, кто вас нанял. Скоро все будет кончено…
– Может, и так. Моя участь решена в любом случае. – Задумавшись, Гордон машинально покачивал вино в бутылке. – Граф Стэр, – обронил он.
– Стэр? Вы имеете в виду сэра Джона Далримпла?
– Именно. Сейчас он посол при французском дворе.
– Вы шпионите для него?
– Можно сказать и так.
Далримпл был главным организатором резни в Гленко в 1692 году. С согласия графа Бредалбэйна он подписал приказ об истреблении клана Макиайна Макдональда.
– Стэр добился от регента обещания, что Претендента арестуют, едва он ступит на французский берег. Однако регент может в любой момент переменить решение, поэтому Стэр решил взять дело в свои руки. Он отправил своих людей сюда с приказом организовать убийство Якова. Мне поручили нанять убийц и направлять их действия. Но эти мерзавцы, я полагаю, в решающую минуту струсили. Они уехали из трактира, где должны были меня ждать, за несколько минут до того, как я там появился. Трактирщик сказал, что они направились на север.
Я решила, что не стоит рассказывать ему о западне, в которую угодили наемники. Но была деталь, которую мне хотелось для себя прояснить.
– Но как в этой истории оказался замешан сын герцога Аргайлского?
– Джон? Мы познакомились в Лондоне прошлым летом, как раз перед тем, как я поступил на службу к Маришалю. Наши взгляды на положение Шотландии внутри Британской империи полностью совпали, и мы стали хорошими приятелями. Мы оба пришли к заключению, что уладить все противоречия между мятежными хайлендерскими кланами можно, только искоренив источник этих противоречий, то есть лишив Стюартов возможности претендовать на трон. Нельзя служить двум господам одновременно, верно? Один король в этой стране явно лишний.
– Вижу, вы не понимаете сути проблемы, Уильям, – сказала я. – Посадить на трон Шотландии Стюарта – это одно из многих средств, которые могут спасти страну, но не единственное. Вы сам хайлендер…
