– И все же я могу сделать хоть что-то полезное… – Он замолчал, обдумывая следующую реплику. – Четыре дня назад я оказался по делам в порту Ли и случайно подслушал разговор двух мужчин, чьих лиц видеть не мог. Они были у меня за спиной, и я подумал, что если обернусь, то концовки разговора точно не услышу. – Взгляд Мэтью зацепился за серебряную пряжку на туфле. Помолчав немного, он заговорил еще тише: – Ты первая, кому я это рассказываю. И ты должна передать это Патрику. Это касается Претендента.
Я посмотрела на него с удивлением.
– Против него зреет заговор.
– Заговор?
Сообщение, которое Мэтью только что мне передал, судя по всему, доставляло ему немалое беспокойство.
– Его хотят убить. Некая группировка планирует убийство. Покушение на особу королевской крови, Китти!
– Претендента хотят убить? Я знаю, что за его поимку назначено большое вознаграждение, но убийство…
– Насколько я понял, этих людей не интересует вознаграждение.
– И ты совсем не рассмотрел их лица?
– Нет. Как только я понял, что разговор окончен, я обернулся, но их уже и след простыл. Вокруг были одни только докеры, матросы и торговцы.
– Ты рассказал Джоан?
Он помотал головой.
– Нет. Решил, что это слишком опасно, ей лучше не знать.
– Да, ты прав, так лучше.
– Передай все это Патрику, – продолжал Мэтью после паузы. – Он знает, кого нужно предупредить. Не все люди в вашем окружении заслуживают доверия. Среди людей графа Мара наверняка есть предатели. И вокруг полно шпионов. – Он замолчал. Потом уцелевшей рукой погладил меня по голове и поцеловал в щеку. – Будь осторожна, когда поедешь домой, крошка Китти!
Залаяла собака, по мостовой улицы Бэк-Козвей загрохотали деревянные сабо. До нас донеслись мужские голоса – наверняка снова поссорились матросы. Ветер, который за вечер успел набрать силу и стать холоднее, закружил по саду мертвые листья.
Я села на постели. Сердце билось в груди, словно маленькое животное о стены клетки. Пальцы, которыми я сжимала простыню, расслабились. «Это только страшный сон, Кейтлин! Просыпайся!» Глаза мои постепенно привыкли к темноте, и я вспомнила, что нахожусь в узкой каморке под крышей, в нашей с Сарой спальне. Я посмотрела на соседнюю кровать. Она оказалась пустой.
Я выпустила из рук простыню, перевела дыхание и снова легла на подушку. Новый кошмар… После расставания с Лиамом кошмарные сновидения мучили меня каждую ночь. Каждый раз сон был новым, но все они были похожи между собой.
Я убрала от лица растрепавшиеся волосы и облизнула пересохшие губы. В горле у меня пересохло, а ночная сорочка, наоборот, была мокрой от пота. Да, в моих снах было нечто общее, а именно – смерть. Смерть жестокая и страшная. Надо мной, вокруг меня распростерлись крылья огромного ворона, они касались меня своими блестящими черными перьями, напоминая, что смерть бродит совсем близко.
В комнату проникли ароматы с кухни. Я принюхалась. Бриджит, кухарка, наверное, уже поставила в печь хлебы. Я потерла лицо руками, чтобы прогнать тошнотворные картинки, до сих пор мелькавшие перед моим внутренним взором.
Подавляя тошноту, я закрыла глаза. Я узнала эту руку, этот перстень с печаткой. И то и другое принадлежит Патрику… Спрыгнув с кровати, я раздернула занавески, чтобы впустить в комнату поток утреннего света. К чему мне приснился этот сон? И все остальные сны? Предвидение? Нет, уж слишком много в них загадок. Или в них заключено какое-то послание? Или же они – отражение страхов, которые я пыталась загнать в самые дальние уголки души, чтобы не представлять всех ужасов грядущей войны? Я отчаянно пыталась забыть о том, что скоро кровь должна была пролиться и напоить вечно жаждущую землю, но мне это не удавалось.
