– Женщина, скажу как солдат – лучше бы ты промолчала.
Наступила тишина. Тишина сплелась с темнотой, и вместе они заполнили пространство.
– Эй, что это?
Заскрипел и распахнулся люк в потолке. Хлынул показавшийся необычайно ярким свет факелов. Над черной пастью подземелья склонились два лица. Бледный девичий абрис со впалыми щеками и безобразная обезьянья мордочка, принадлежавшая то ли ребенку, то ли карлику. Девушка, улыбаясь неосознанной младенческой улыбкой, неловко разматывала перепутанный клубок. На дно ямы упал конец веревочной лестницы.
– А вы уверены, благородная Маргарита, что нам следует помогать этим странным существам?
Карлик, стоявший на краю ямы, подбоченился, гордо выпрямился, как участник ученого диспута. Девушка кивнула.
– Ну что ж, раз благородная Маргарита уверена, вылезайте, странники.
Карлик сделал широкий жест.
– Лезь, Анна.
Женщина довольно ловко выбралась наверх. За нею последовал наемник. Людвиг фон Фирхоф вскарабкался по лестнице последним.
Маргарита подняла на него темные глаза, сейчас в них не было ни демонического блеска, ни магии обольщения – Людвиг заметил ниточки ранних морщин меж бровями, покрасневшие белки. Он знал, что телесная оболочка демонов – только видимость, но существо, которое все звали Маргаритой, сейчас казалось самой обыкновенной девушкой: усталой, испуганной, не слишком красивой.
– Спасибо тебе, Маргарита.
Демон улыбнулся тонким ртом, но ничего не ответил. Карлик дернул Людвига за рукав.
– Если почтенные странники хотят благополучно отбыть из нашего гостеприимного бурга, им ой как стоит поторопиться…
Беглецы и спасители без помех миновали крутую каменную лестницу, узкие коридоры цитадели и вышли к воротам бурга. Стоял ясный вечер, когда ласковое тепло весеннего дня осторожно уступает свои права осторожной прохладе ночи. Часовой спал сидя, прислонившись спиною к стене и уронив голову на скрещенные руки. Маргарита лукаво улыбнулась – Людвиг не сомневался, что тут не обошлось без проделок демона. Оседланные лошади ждали всадников за мостом. Вещи фон Фирхофа и Хайни оказались на месте. Нашлась и третья лошадь – для Анны.
– Вы, почтенные странники, разумеется, ничем не заслужили такой чести, но моя хозяйка решила отдать вам вот это на память… – карлик протянул ученому толстую книгу, завернутую в холст. «История Hortus Alvis». Людвиг поклонился.
– Прощайте, госпожа Маргарита. Пусть судьба поможет вам обрести бессмертную душу.
Всадники тронули лошадей. До тех пор, пока они не скрылись из виду, у ворот бурга стояли двое – одна фигурка чуть побольше, другая совсем маленькая. Через четыре лиги дороги беглецов разошлись. Анна Рей, женщина из народа альвисов, повернула коня на юг, там, в поселках у каменоломен Фробурга, жили ее соплеменники. Все еще сердитый Хайни Ладер, не прощаясь с бывшим хозяином, двинулся на запад. Человек, известный нам под именем Людвиг фон Фирхоф, еретик, по следу которого уже пять лет безуспешно шли «псы Господни», поспешил на восток – туда, где лежала граница счастливой Священной Церенской Империи…
– Постойте, хозяин!
Людвиг остановил коня.
Во весь опор, поднимая клубы пыли, скакал ему вслед Хайни Ладер, бывший наемник Империи, бывший проводник и бывший слуга.
– Погодите, я с вами!
– Ты хорошо подумал?
– Да что тут думать-то? С еретиком поведешься – от него и наберешься. Не могу я назад вернуться – не хочу к святым отцам в подвалы на допрос.
– Не торопись, подумай как следует. Меня будут искать. Ты еще можешь выбрать собственную дорогу.
– У меня теперь одна дорога, господин Людвиг. Куда вы, туда и я. Это ради вас барышня Маргарита подвал открыла. Стало быть, вы мне жизнь спасли.
– Ну что ж, тогда вперед. У «псов Господа» острые клыки и быстрые ноги, а нам предстоит дальний путь.
Двое всадников, скачущих во весь опор, быстро превращались в крошечные точки у самого горизонта, там, где освещенная солнцем зелень холмов сливается с синим сиянием неба.
– Господин Людвиг!
– Что?
– Меня что до сих пор удивляет – как это барышня Маргарита своими ручками беленькими арбалет натянуть сумела?
– А никак. Она этого не делала, Хайни. Суккубы не стреляют из арбалетов.
