Исабель говорила правду. Рико имел полное право заявить, что он желает носить отцовский меч и стать кабальеро де волар, летающим всадником, чтобы сражаться на турнирах. Его отец, Аугусто Сессар де Ла Хойя, полюбил его мать, но не мог жениться на ней и поэтому она стала его наложницей. До пятнадцати лет Риккардо жил в его замке и если бы отец не погиб в тот год на турнире, то всего через два года он стал бы его законным наследником, но судьба распорядилась иначе. Рико был вынужден покинуть кандадо дель-Сессар, родовой замок отца, и его отправили в Пуэбло дель-Торро, не самое богатое и не самое бедное поселение в баррио дель-Соль – Солнечной провинции страны Танатоса. В этот же год его отвезли в Капитал дель-Соль и в эскуэле этого большого, красивого города, какой-то энсенар, имени которого он так и не узнал, почему-то вложил в его голову знания кузнеца и механика, а спустя всего три года он стал дефенсором, защитником поселения Пуэбло дель-Торо.
Дефенсером жители Пуэбло дель-Торо попросили Риккардо стать потому, что отец научил его сражаться с оружием и без него, а ещё потому, что уже в семнадцать лет он был выше всех мужчин в поселении чуть ли не на голову и был не по годам силён. С одной только дубиной в руках, Рико отваживался выступить против пяти, шести кабальеро де волар, решивших позабавиться в Пуэбло дель-Торо или того хуже, похитить девушку, он переломал немало мечей идальго, а также их рук, ног и рёбер. Уже очень скоро те стали облетать их поселение стороной, поскольку у кузнеца Рико имелись амулеты, с помощью которых он мог заставить сбросить скорость и снизиться любой авиас. Тогда они становились лёгкой добычей злобного юного кузнеца и тот избивал их с несравненным мастерством, благо, что в Мундо дэль-Танатос, по большому счёту, никто не умирал. Даже в том случае, если человеку снесли голову мечом или размозжили палицей, речь шла не о смерти, а о переходе человека на службу к Танатосу и тут имелось три варианта, так как любой мужчина или женщина, чьи годы жизни в Мундо дэль-Танатос подошли к концу, становился в самом лучшем случае воином Танатоса, на что могли претендовать далеко не все благородные идальго, затем слугой Танатоса и, в худшем случае, рабом Танатоса.
Рико неоднократно приходилось присутствовать на этой процедуре, во время которой обнаженные тела умерших своей смертью, убитых на турнирах или казнённых за тяжкие преступления мужчин и женщин, грузили на платформы больших авиасов и увозили в пустыню, окружавшую каждый баррио, и там сбрасывали в хищную фиолетовую пасть огромного бирюзового Цветка Танатоса, окруженную синими, извивающимися щупальцами. Пасть тотчас смыкалась, после чего Цветок Танатоса быстро складывал все свои лепестки и плотно обхватывал тело своей жертвы, превращаясь в овальный, сине-зелёный, блестящий кокон. Видел он и слуг Танатоса, очень похожих на обычных людей, только со светло-бирюзовой кожей и зеленоватыми волосами, а пару раз видел даже воинов Танатоса, но те отличались от его слуг лишь более высоким ростом и странного вида массивными доспехами. Рабов Танатоса Рико никогда не видел, но полагал, что они также ничем не отличаются от воинов и слуг.
Ни воины, ни слуги Танатоса, которых он видел неоднократно, не вызывали у Рико никаких добрых чувств и он совершенно не понимал некоторых болванов, которые, устав от тягот жизни, мечтали, чтобы их преображение произошло как можно скорее. В первую очередь потому, что все те порождения Танатоса, которых он видел, судя по всему не относились ни к мужчинам, ни к женщинам. Правда, все воины Танатоса отличались необычайно спесивым, высокомерным и бесцеремонным нравом. Этими своими качествами они могли посрамить любого идальго. Поэтому Рико и считал, что уж лучше стать рабом Танатоса, нежели его воином, точно такой же злобной тварью, а потому не рвался взять в руки отцовский меч. Однако, юная Исабель, которая сама пришла в его кузницу чуть более года назад и лишилась на его кровати девственности, своим сумасбродством заставила его, наконец, согласиться с тем, что он действительно может изменить их судьбу и они жить вместе. На долгое счастье Рико особенно не надеялся, его в Мундо дэль-Танатос не могло быть по определению, но они смогли бы тогда любить друг друга открыто и даже стали бы отцом и матерью.
