Мне вообще уютянские дела того времени показались необычными. Мощная космическая цивилизация внезапно падает в пропасть дикости и торгашества. Всё больше данных о том, что порочные не были там сначала доминирующей формой жизни. Да и как иначе? Паразиты не могут на острие развития.
Лифф Ла начал своё повествование с лёгкой критики толкования Пороком фундамента человеческой цивилизации. Он не мог представить себе, что озарение изобретателя, искусство ремесленника, вдохновение инженера и точность рабочего, всё образующее суть исходной техники (до компьютерных времён), вдруг окажется оторванным от своих носителей. В оторванности своей образует мистическую надчеловеческую силу, некую производительную силу. Наверное, такое могло прийти в голову слабому в естественных науках человеку, ущербно лишённому определённой душевной организации, рассуждал герцог. Вот увидел такой вот… пусть паровоз. Понимания процессов ноль, восприятия конструкторского дела ноль, знания производства ноль, творческого воображения ноль. Ни технического проекта, ни акварели, ни картины маслом, ни стихов и прозы не ожидается. Тогда ой, могучий паровоз произвела могущественная производительная сила, путём производственных отношений. Уже воображение невообразимого.
Роботы дружно посмотрели в мою сторону. Похоже, хм, угу,… похоже, мне ещё предстоит объяснять им, что это за науки неестественные, сиречь гуманитарные. И что это за философия, производительную силу вместо производства воображающая.
Если допустить, что на метле летают ведьмы, то мысли заведут далеко. Появление склонной к сокровенным отношениям мистической силы было лишь началом «Напитала». Дальше … продолжим по порядку.
Производительные силы производили. Вы думаете, что они производили изделия? Вас трудно назвать порочным. Согласно Пороку производили они товары. Товар, подобно изделию содержал исходные атомы и затраченную на их перераспределение энергию. И кое-что ещё.
Классик научного Пенинизма согласно кивнул, он предположил, что добавляется постулятор использования изделия, правда, выразил недоумение слову товар. Это он поспешил. Недоумение пришло, когда он узнал, товар это изделие плюс цена. Вот такая мера стоимости. Цены и стоимости древний робот в упор не видел. Такая уж у них беда, бублик видят, а дырку бубликовую нет. Вот для таких странно одарённых ранние адепты Порока Карра Махссса специально на изделия клеймо ставили. Несмываемое и несрубаемое. Цена один вырубель и десять зарубликов, например. Дабы недостаточно просветлённые порочные стоимость узрели, вместе с величием своего Порока. Увы, мои речи не помогли роботам узреть или хотя бы увидеть бубликовую дыру.
Пришлось обратиться к истокам. Вот сделали люди горшки, топоры, копья… обменялись. Делают больше, где-то собрались мастера ковки, где-то лепки…
Как вести обмен? Эквивалент, дружно ответили роботы, постуляторы. Красивые раковины, меха, редкие металлы, бумажная расписка, пластиковый ключ к компьютерной записи.
Ну, вот Порок и узрел в этом появление стоимости, говорю им я. Балансом спроса и предложения.
Тут Номус взял дело в свои руки, заявив – достаточно мистики – и потребовал перейти к сути ереси герцога Ла. Я и перешёл, а собеседники поначалу отозвались гробовым молчанием. А что им оставалось? Согласиться с идеей градации иллюзий? Не для роботов.
Итак. Стоимость Порок выражал особым видом сущностей – деньги. Ересь Ла заключалась в разделении денег на два вида, деньги-труд и деньги-кража, с суровым осуждением последних. Банковские проценты и курсы акций, фьючерсы… герцог решительно отверг всеобщую трактовку кризисов как результата некого перепроизводства, безответственного поведения фабрикантов и промышленников. Всю ответственность он обнаружил в слое финансовых спекулянтов, раздувавших пузыри ложных денег. При попытке конвертировать их ложные деньги в материальные ценности кризисы и наступали. Вот это роботы понимали. Но не понимали созданий, вымысел и реальность разделить затрудняющихся.
Тогда я произнёс речь… ну реально речь. О месте и роли иллюзий в организации человеческой жизни докомпьютерных времён. Всеобъемлющем месте и глобальной роли. Нелепые идеологии, упрощённые религии, ложные науки, экономические теории, философские системы… Примитивное сознание Homo Insipiens Noncomputatrum выживало только среди иллюзий и за счёт иллюзий. Оно не могло даже осознать, что всё истинное дано в единственном числе.
Роботы важно покивали мне в ответ.
Тут, пожалуй, стоит сказать, чем это мы с Аликом занимались. Мне порой и самому непонятны цели моих записок. Но хочется думать, что когда-то где-то к ним прикоснуться руки разумного человека, а не щупальца, хватательные лапки или клешни. И тогда они вызовут недоумение. Это совещание? Военные, политические или гражданские руководители, управленцы и правители увидят тут лепет интеллектуалов. Интеллектуалы по своему обыкновению вообще ничего не поймут, но твёрдо объявят клеветой и поношением плодов их умственного труда. Смысл увидят пользователи (или как они там называются) машинных цивилизаций.
