Место обитания Шерлока можно было назвать берлогой, складом или кладбищем ненужных вещей, но никак не квартирой. Посреди гостиной высились кривые, норовившие обрушиться стопки хлама, рядом валялись всевозможные справочники, некоторые — очень редкие. На низком столике пять или шесть грязных чашек соседствовали с заплесневелым тостом и колбой с чем-то, подозрительно напоминавшим мозги. Пахло соответственно — пылью и беспорядком.
Гермиона переместилась на балкон, сняла дезиллюминационные чары и осторожно заглянула в окно, убеждаясь, что Шерлок один.
Он сидел перед потухшим камином и мучил скрипку, заставляя её выдавать чудовищно-омерзительные звуки. Не оборачиваясь и не прекращая своего занятия, он достаточно громко сказал: — Мой ответ: «Нет».
Гермиона вошла в гостиную, стряхнула с рукава пиджака несуществующую ворсинку и уточнила: — Ответ на что?
Вой скрипки оборвался, Шерлок отложил инструмент, залез в кресло с ногами и оглянулся на Гермиону. Несмотря на состояние своего жилища, он был причёсан, умыт и тщательно выбрит — впрочем, как и всегда. — На твой вопрос. А теперь уходи — я занят, — и он для убедительности указал пальцем на окно.
Гермиона взмахом палочки освободила себе стул, села, закинула ногу на ногу и принялась ждать. Переспорить Шерлока не представлялось возможным, но она и не собиралась. Нужно было просто подождать.
Детектив сдался через двадцать минут, за которые едва не порвал струны на скрипке в попытках извлечь как можно более невыносимый звук. Скрипка опять была отложена, он опустил ноги на пол, сложил перед грудью руки, соединив ладони, и пояснил: — Ты пришла от Майкрофта с вопросом, на который я не собираюсь давать ответ. Мориарти — моё дело, Майкрофту не стоит в него лезть, а тебя оно и вовсе не касается. — Я не сказала ни слова про Мориарти, — заметила Гермиона, невольно вздрогнув от этого нового имени Джима. — И о Майкрофте. — Это очевидно по твоим рукам, — пожал плечами Шерлок, — и по туфлям.
За время общения с этим человеком Гермиона в совершенстве овладела техникой игнорирования укусов любопытства и ничего не спросила. Руки и туфли — значит, руки и туфли. Шерлок едва заметно дёрнул бровью, что свидетельствовало о недовольстве. — Я уже сказал, чтобы ты уходила. Скоро вернётся Джон, у меня дело, — скороговоркой выдал он. — Мориарти, — произнесла Гермиона, откидываясь на спинку стула, — и я сразу же уйду.
Раздражение, обречённость, удивление и азарт — эмоции сменились на лице Шерлока с огромной скоростью. Он подскочил из кресла, сделал несколько широких шагов по комнате и пробормотал: — Всё не так, — а потом, коршуном подлетев к Гермионе, резко спросил: — Как ты с этим связана?
Искушение рассказать о том, как сильно ей хочется свернуть Мориарти шею, Гермиона подавила и ответила ровно: — Он неудачно перешёл дорогу Министерству. И мне лично. Так что с ним? — Не знаю, — Шерлок отошёл в сторону, повернулся к Гермионе спиной, но даже спина его выражала недовольство. — Он не просто преступник, он злодей-консультант. В его руках очень мощные рычаги давления, а ещё ему скучно — и чтобы развлечься, он пойдёт на что угодно.
«Как же скучно!», — Гермиона содрогнулась от воспоминания об этом крике. Никакая окклюменция не помогала забыть тот ужас, который обуял её при виде искажённого злобой лица Джима. Ему снова скучно, и он развлекается. Майкрофт сказал про взрывы, но это — только начало. — Где его найти? — Он сам находит тех, кого нужно. — Ты видел его? — Дважды, — Шерлок забарабанил пальцами по подоконнику. — Первый раз он разыграл меня как ребёнка.
Играть он умел, это Гермиона знала. — А во второй мы едва не убили друг друга, но его отвлекли — и он ушёл, — он развернулся: — Не лезь в это, это моё дело. Тебя не интересуют магглы, кажется. — Меня интересует Мориарти.
Светло-серые глаза с очень цепким взглядом прищурились, Шерлок спросил: — Что ты о нём знаешь? Он связан с вашим миром?
Было бы логично ответить, рассказать о смерти Рона и о книге, которую Джеймс писал. Но Гермиона этого не сделала. Шерлок был гением и мог бы поймать Джима, но он был непредсказуем и неконтролируем, опаснее нестабильного зелья. — Он не волшебник, если ты об этом, — отозвалась Гермиона. — Дай мне знать, если он выйдет с тобой на связь. — Послать сову? — хмыкнул Холмс. — Отправь сообщение Майкрофту, этого хватит.
Гермиона огляделась, не без удовольствия направила палочку на плесневелый тост, произнесла: «Эванеско» и уничтожила его, а потом аппарировала домой.
