Сфотографируй меня полностью

Мои руки и ноги теперь не были связаны, он сделал это намеренно. Я могла встать и уйти, если бы захотела. Но по какой-то неведомой мне причине я замерла, страшась шевельнуться. Я едва дышала.

– Боишься?

Это слово не вызвало во мне никаких эмоций. Боюсь ли я? Наверняка должна, потому что это было бы самым очевидным – дрожать от страха и молить о свободе. Пытаться разжалобить, объяснить ему, что я самая обыкновенная, и лучше бы он сделал выбор в пользу другой девушки. Сильная ладонь мягко легла на мою спину.

Прикосновение было приятным, и, я поймала себя на мысли, что жажду продолжения.

« Он прикасался к тебе так… очень похоже… » – внутренний голос вырвался из запертой глубины.

Я закрыла глаза, отгоняя непрошенные воспоминания, бесстыдно наслаждаясь теплом его руки.

– Я не сделаю ничего дурного, – горячий шёлк вновь коснулся моих ушей.

Его пальцы начали рисовать узоры на моей спине. Неторопливо и мягко.

– Насладиться моментом… – глубокий вдох. – Как можно насладиться единожды? Это невозможно… – тихий шёлк превратился в завораживающий шёпот, его руки замерли. – И жизни не хватит.

« Разве ты должна быть здесь? » – вновь послышалось изнутри. Я смахнула наваждение, не желая слышать обман. Ведь это был обман?

–Ты знаешь, чего я хочу, – он опутывал меня своими сетями.

Я тут же представила, как блузка окажется на полу и он увидит мою обнажённую спину. Увидит прошлое.

– Пора, – шёлковый баритон снова вернул меня в настоящее.

Всеми силами отгоняя панику, я подняла руки вверх, давая ему возможность снять тонкую ткань. Я не посмела не подчиниться приказу.

Одно движение, взмах волос, робкое дуновение ветра. Блузка неслышно упала рядом.

Вот и всё. Он видит.

– Кто же… – вопрос повис в воздухе, он сделал шумный вдох.

Несколько бесконечных минут полной тишины, нарушаемой только моим робким дыханием, застыли над головой, за спиной, вокруг меня. Он замер, но я прекрасно знала, что происходит у меня за спиной.

Без сомнения, взгляд отвращения, даже злости, был направлен на мою исправленную кожу. Я не хотела видеть этот взгляд.

– Прости, – только и смогла выдавить я. Единственное слово за всё время, и то было мольбой о прощении. Иначе и быть не могло.

« Нет? »

Ещё один вдох. Я представила, как его ноздри расширяются от гнева, а чёрные глаза сверкают.

– Ты прекрасна, – ладонь вернулась на прежнее место. – Прекрасна.

Я ничего не видела, но чувствовала, как он убрал руки от моей спины. Его слова позволили мне сделать облегчённый вздох.

Шорох одежды, звук босых шагов по холодной плитке – он встал и отошёл от меня. Я же продолжала сидеть, не в силах подняться и посмотреть в его глаза.

Щёлк!

Звук фотоаппарата заставил меня вздрогнуть. Слишком громко… или слишком тихо вокруг?

– Вот оно, – жадно прошептал он.

Шёлк его довольного голоса заставил меня улыбнуться…

Четверг, девятнадцатое октября. Прошло уже два года.

Знакомое место, и ощущения очень похожи. Я снова стояла на самом краю крыши двадцатиэтажного здания. Руки раскинуты в стороны, будто я хотела объять ими весь мир с этой высоты. Со стороны могло показаться, что я наслаждалась моментом, таким, весьма странным способом. Дул приятный, слегка прохладный ветер, вот вот должен был начаться дождь, и кто-то мог подумать, что я решила остановиться и поймать момент времени, замедлить его, насладиться этим мгновением – когда дождь ещё не начался и улицы нетерпеливо ждут, когда их омоют свежие капли воды, обновляя и очищая приглушённую обыденность. Вот уже в третий раз я приходила на эту крышу.

Но на самом деле, я не хотела даже смотреть на открывшийся для взора вид. Мое тело замерло, глаза сами собой закрылись, и я поразительно легко балансировала на краю здания, слушала звук ветра, шум улиц, но самое главное, я хотела услышать стук собственного сердца. Поймать ритм, ощутить жизнь в груди. Хотела почувствовать бурление крови по собственным венам.

Я хотела почувствовать…

" Вернись, вернись ко мне… " – подумала я.

Но искомый артефакт не появлялся, как бы я не старалась услышать. Я разлепила веки и сделала глубокий вдох. Ноздри неприятно защекотало.

В небе раздался оглушительный раскат грома, но я не шелохнулась, наоборот, оттягивала момент, когда нужно будет спуститься и уйти отсюда, покинуть это спокойное место. Место, которое как мне казалось, единственным принимало меня. На прямой нос приземлилась первая капелька дождя.

" Пора " – всё-таки решение было принято.

Наваждение постепенно уплыло, и я заставила себя дотронуться ладонью до собственной груди. Глухо.