Сгорая дотла полностью

Я не мог сказать им правду. Что в тот день я думал не о пятидесяти трех людях. Тот факт, что я отвлек Дракулу, облегчив копам их работу, был счастливым совпадением. Полиция спасла заложников. А я намеревался спасти только одну.

Только одну.

Но она ушла, и все, чем я мог похвастаться, – это два белоснежных шрама и куча долгов.

«Теперь Джорджия может забрать Кэлли хоть на Луну, как бы я ни пытался ее остановить».

Джорджия. До ограбления у нее была странная власть надо мной, она дергала меня за ниточки, чтобы получить желаемое, ловила меня на свою удочку, используя Кэлли в качестве приманки.

А теперь, когда она приходила навестить меня в последние две недели, – дважды и только один раз с Кэлли, – ее отрывистые комментарии о моей работе, моей жизненной ситуации, моем никчемном боссе ничего для меня не значили. Я закрыл на это глаза, мои мысли были заняты воспоминаниями об Алекс, спящей в моих объятиях в банке, и о внезапных, драгоценных мгновениях с ней в том кабинете, когда она была полностью моей.

«У нас есть десять минут…»

Почти таким же сильным было воспоминание о поцелуе в больнице. Это должен был быть поцелуй в щеку. Готов поспорить на свою тачку, самую дорогую вещь, что у меня есть. Но я повернулся… или это она сама… Я предпочитал верить в последнее. Этот поцелуй…

Такой контраст с жесткими, бесчувственными поцелуями Джорджии, которые случались, когда я был настолько глуп, что проводил с ней ночь. Были ли поцелуи вообще?! Все это было так давно.

Но Алекс…

Ее рот приоткрылся для меня, ее язык ласкал мой, пока мой орган не стал твердым, как камень, и я отчаянно хотел снова овладеть ею еще на одну ночь. Нет, каждую ночь.

Я отбросил подобные мысли, похоронил их глубоко вместе со всем остальным, чего я хотел от жизни, но не мог иметь, на что не мог заработать. Алекс ушла. Тот поцелуй был прощальным. Все-таки она из другого мира. Мира денег и привилегий, дорогих обедов и автомобилей. Она была благодарна мне за то, что я спас ей жизнь, и на этом все. Она вернулась к своей беззаботной жизни, и я ничего не мог с этим поделать.

– У тебя есть проблемы поважнее, – сказал я своему отражению.

Как я и подозревал, мой домовладелец выселил меня из убогой маленькой квартирки в Калвер-Сити. И пусть это была дыра, но в ней было две спальни, одна из которых для Кэлли, чтобы она оставалась у меня на выходные. Теперь этого нет, и тех выходных тоже нет.

Я прижал руку к груди, мое лицо исказилось от боли, и эта боль была еще хуже, чем от выстрела.

«Моя девочка…»

Я вышел из ванной. Вик Руис осматривал палату в поисках моих предметов, которые можно было бы бросить в сумку.

– Как раз вовремя. Я уже думал, ты в унитаз провалился.

– Привет, чувак, – сказал я. – Спасибо, что вы с ребятами спасли мои вещи. И спасибо, что позволил мне пожить у тебя несколько дней. Я ценю это.

– Por nada[8], дружище. Карла рада, что ты останешься у нас. Она будет откармливать тебя, пока ты не лопнешь. Будь осторожен.

– Я у вас долго не задержусь, но она может попытаться.

– Когда слушание?

– В пятницу.

– Через два дня? – Вик провел рукой по своим темным волосам. – Как ты собираешься найти новое жилье к этому времени?

– Никак, но я могу попросить судью дать мне отсрочку.

– Думаешь, он согласится?

– Я не знаю, – я сел в кресло и натянул рабочие ботинки. – Рэндалл говорит, что вернет меня на работу в понедельник, так что у меня по-прежнему есть работа…

– Стоп, стоп, ты собираешься выйти на работу в понедельник? – Вик покачал головой. – Я был здесь, когда док дал тебе указания, помнишь? Ты должен отдыхать еще как минимум две недели. Минимум.

– Я чувствую себя прекрасно, – сказал я, завязывая ботинок. – И мне нужно работать. Судья может дать мне время на поиски нового жилья, но без работы у меня точно не будет шансов. Не говоря уже о том, что мне нужно оплатить до хрена счетов.

– Да, но…

– Я не могу потерять Кэлли, – сказал я. – Возможно, в пятницу я проиграю, но я должен попытаться.

– Я понимаю тебя, чувак, но черт возьми. В тебя стреляли.

– Мне уже лучше. Честно говоря, я больше шокирован тем, что Рэндалл не уволил меня.

– Он навестил тебя?

– Вчера. Он сказал, что утвердил мои рабочие часы в штате.

– Да, так он и сказал, – Вик скорчил гримасу. – Будь осторожен, дружище. Я работаю на Рэндалла дольше, чем ты. Я ему не доверяю. Я думаю, он боится потерять тебя в случае, если ты получишь лицензию. Ты сдашь экзамен блестяще.

– Не факт, если мне негде будет заниматься.

Груз, давивший на меня, отныне стал тяжелее.

«Имеет ли это значение? Почему я все еще пробиваюсь вперед так, словно у меня есть шанс?»

– И нужно удостовериться, что Рэндалл не врет насчет твоих документов, потому что, когда ты станешь генеральным подрядчиком, мы все придем работать на тебя.

Я пожал руку Вику, не зная, что ответить. Мой друг притянул меня к себе и обнял.