Хотя ранние сумерки уже плотно сгустились на улицах, Райер повел Джуна и Карсо обходными дорогами, не рискнув появляться на камерах центральных улиц. Расплывчатые линии многоэтажных домов, облепленных снегом деревьев окружили их со всех сторон, вдалеке слышался глухой шум двигателей и шелест шин по утрамбованному с утра снегу, жесткой наждачкой покрывшему и дороги, и тротуары. Чистить не успевали и просто посыпали синими кристаллами, которые потом вдавливались ногами и колесами и делали из земли шлифовальную шкурку.
Мелкий колючий снег залепил объективы редких камер в проулках, где они брели под порывами ветра. Райер изредка понимал голову, чтобы убедиться, что идут они в верном направлении, и опять прятался под капюшон. Редкие прохожие, уже уставшие от предстоящего бесконечного холода, точно так же смотрели себе под ноги. Опущенные головы, спрятанные в карманы руки – они выходили из тумана и возвращались туда же, их силуэты исчезали в сумраке городских улиц.
Трое гвардейцев держались так же, ссутулились, спрятались в воротники по самый нос и шагали вперед, дрожа все сильнее. Настолько окоченели, пока добрались до трехэтажного дома, скромного снаружи, но скрывающего за серыми стенами роскошь императорского дворца, что при виде борделя почти побежали к двойным дверям.
– Карсо, – простонал Райер, только у дверей сообразив, что она в гвардейской форме пришла в дом терпимости. – Для тебя другая одежда существует?
Джун протянул девушке свою длинную куртку и велел не снимать. Открыл дверь и они попали в мир мрамора, свечей и хрусталя, так не вязавшийся с фасадом.
Нижний зал был местом уже назначенных встреч и новых знакомств, вдоль стен стояли длинные диваны, на верхние этажи от центра зала в две стороны завивались массивные лестницы с глухими перилами. У подножия которых, облокотившись на полированные поручни, стояла редкой красоты женщина с бокалом в тонкой руке, и наблюдала за посетителями, иногда кивая кому-то и посылая загадочные улыбки. Собранные на затылке светлые волосы открывали плечи, мерцающие в свете тысяч свечей; небесно-голубое платье, мягкими складками струящееся вниз, идеально гармонировало с серо-голубыми цветами гостиной.
– Управляющая, – шепнул Райер, указав на нее. Джун принял к сведению, но трогать ее сознание пока не стал. Будет проще, когда Таймин ее займет: если он сказал правду и эта женщина не прочь расслабиться с ректором, она раскроется. И ему не придется пробираться между горами воспоминаний, она сама их выложит на поверхность.
Пока они оглядывались и получали в ответ такой же интерес, рядом с ними появилась ярко накрашенная девушка в платье, которое можно было бы назвать вечерним, если бы не вырез сзади почти до ягодиц, и не два разреза по бокам, открывающие подвязки чулок. Ослепительно улыбнувшись новым гостям, она склонила голову, откровенно оценивая мужчин. Карсо, ни разу не посещавшая подобное место, так же уставилась на нее. Потом – на двух мужчин на диване за спиной девушки, один из которых не сводил с нее глаз.
– Могу что-нибудь предложить обольстительным виарам? – еще одна томная улыбка. – И очаровательной вире?
– Конечно, – ответная, не менее чарующая улыбка Райера заставила девушку задержать дыхание. Пока Джун подбирал слова, напарник успел договориться об отдельном помещении для них троих и ужине.
Молодая особа повела их вдоль занятых диванов к отдельным комнатам. Проходя мимо лестниц в центре, Джун почувствовал, как женщина в голубом платье исследовала его с ног до головы, задержалась на лице, после чего уголки ее пухлых губ чуть приподнялись и она наклонила голову в приветствии. Быстро кивнув в ответ, он ускорил шаг и обогнал Райера.
– Вира приветствовала вас, – мягко сообщила лично Джуну девушка и открыла дверь в небольшую изолированную комнату.
– Это что-то должно означать? – спросил Джун у Райера. В этом месте жесты и слова приобретали какой-то иной, скрытый смысл?
– Приглашение, – Райер отпустил провожатую и закрыл дверь. Сразу проверил помещение на наличие камер и микрофонов. Обернулся к Джуну. – В ее спальню.
Карсо закашлялась. Джун наморщил лоб.
– У нее полный зал клиентов. Всяких разных, на любой вкус. На первого встречного вешаться-то для чего?
Райер глянул на него так, будто имел дело с маразматиком.
– Сюда приходят получить удовольствие, – терпеливо пояснил. Брат еще такой ребенок в некоторых вопросах. – Расслабиться. Здесь выбирают спутника не на всю жизнь, а на одну ночь. Ты ей понравился, приглашает тебя к себе. На утро разойдетесь и забудете друг о друге.
Карсо преувеличенно внимательно интересовалась пустым столом. Джун боролся с желанием удрать из этого места. Райер шлепнул его по спине и подтолкнул к низким кушеткам, с трех сторон окружающим стол.
– Успокойся, никто силком тебя не потащит. Нет так нет, – хотя хотел бы, чтобы брат сказал «да». – Ну что, подведем тогда итоги архивных откровений?
Это было Джуну более понятно.
– Думаю, ментора заставили, – прямо сказал он. – И еще подозреваю, что у него нашли коробку со шприцами, поэтому нас и не пустили в кабинет.
