Сгореть в огне полностью

– Все в порядке? Вы сейчас выльете весь кофе на себя, – очнулась она от голоса ректора, а не наставника Ройса, и кружка, которую она держала, опасно наклонилась над ее коленями. Таймин стоял напротив и наблюдал, как скоро она обольется. – Напомню, что там кипяток. Сайя, – он, о неожиданность, пожевал губу. Потом потер виски, в которых начинала пульсировать головная боль. – Я не знаю, что именно вам известно о том, что происходит в школе – надеюсь, что не очень много. Но и этого хватило, чтобы вы получили травму. Это была Тиса Верена?

Поскольку Сайя продолжала молчать, Таймин присел перед ней на корточки, чтобы лучше рассмотреть ее лоб.

– Я все равно узнаю у Райера или Джуна, – мягко сказал он. Кожа вокруг раны отливала всеми оттенками синего, и удар был не один. – Она била вас? За что? И как посмела после этого явиться в школу как ни в чем не бывало?

– Райер, – всхлипнула Сайя, глаза моментально наполнились слезами, она попыталась отвернуться, но Таймин не дал, удержал за подбородок. – Потребовала оставить его в покое.

– Кого? – оторопел ректор. – Райера? А вы-то здесь при чем?

– Он сказал, что мы встречаемся, – она проморгалась, боясь разреветься. Еще и потерять линзы вместе со слезами. – Чтобы к нему другие не цеплялись. А эта… поверила. И… вот. Она думает, что я ничего не помню.

– Какой-то чертов бездарный сериал, – пробормотал Таймин, поднимаясь на ноги. – Сайя, пожалуйста, не лезьте дальше, чем вы уже залезли. Если бы я мог, я бы сам стер вам память полностью. – Хмурый и серьезный тон заставил Сайю поежиться: если бы он мог, он бы это сделал без сомнений. Но не мог, в его голосе послышалось сожаление. – Жаль, это не в моих силах. Хотите уйти? Я могу вас отпустить с пар, если пообещаете вернуться в корпус и никуда не ходить.

– А вы пойдете в бордель? – вырвалось у Сайи. Ее слезы сразу высохли, Таймин шлепнул себя по лбу. – Можно с вами?

– Нет! Ни в коем случае! Что я только что говорил о любопытстве?

Мысли об управляющей Мии и вечернем визите в дом терпимости засели в голове как родные и отказывались ее покидать. Так сильно хотелось увидеть, что скрывают за собой скучные стены. И какие они, служители любви, завлекающие толпами даже школьников, потом шепотом делящихся впечатлениями на задних партах.

Сайя обиженно поджала губу и схватила кружку. Таймин не повелся на эту демонстрацию, вернулся в кресло. Не хватало только познакомить их с Мией и оставить наедине обсуждать его. Порылся в столе, нашел таблетки от головной боли, проглотил одну, надеясь, что поможет.

– Почему игру закрыли?

– Не знаю, – вздохнул Таймин. Это он хотел выяснить у своих гвардейцев. А также спросить о сестрах Саид, удалось ли найти Ору и что сейчас с Онеллой: в любой момент могли нагрянуть их родители и ему придется хоть что-то говорить.

– Почему циолий не черный? – Сайя развернула стул так, чтобы видеть ректора, который уже закатал рукава рубашки по локоть и собрался вновь заняться школьной работой. – Ведь в описании это – черный металл.

– Он черный. Но после плавки появляется серебряный оттенок, – пояснил Таймин. – Вы были в Забытом подземелье?

– Нет, мне уровень не позволяет, – честно сказала Сайя.

«Я не буду спрашивать ничего. Не буду, мне это не интересно», – уговаривал себя Таймин. И крепко сжал губы, чтобы слова не вылетели против его воли, ведь какая-то его часть сгорала от желания узнать. Уровень, клан, ник.

Он сделал вид, что очень занят, и украдкой следил за тем, как медленно ползет стрелка часов к двенадцати. Скоро закончится вторая пара, а их четыре. И Сайя, видимо, совершенно успокоилась и не собиралась никуда уходить. Подвинула бланк и начала заниматься бесполезным переписыванием. Почувствовала себя в безопасности. Лишь бы не говорила о Нарсаме.

Сайя же решила дождаться окончания пар и уговорить Райера взять ее с собой.

* * *

– Тебе не стоило идти сюда.

– Стоило, не стоило, – пожал плечами Джун. – Я уже здесь, что толку об этом говорить? Синора отказалась идти на пару?

Райер что-то промычал под пристальным взглядом Верены и уткнулся в тетрадь. Вира не спускала с него глаз, следила за каждым его движением, словом. Иногда ему казалось, что она вполне способна треснуть его длинной линейкой, которую держала в руке, за то, что болтает сам и отвлекает других.

«Будто на самом деле вернулся в школу» – подумал Райер. Ощущения были не из приятных. Еще и рассказывала наставница полнейшую чушь, которую, скорее всего, вычитала где-то перед самой парой. И весь класс должен был это слушать, еще и записывать.

Джун рядом с ним потихоньку закипал. Проведя немало времени в компании одних только книг, он и сам мог с блеском провести урок литературы. Но точно так же марал бумагу, почти болезненно морщась при очередном высказывании.

Не выдержала Ниера Лойя, у которой к концу пары глаза раскрывались все шире и шире, в конце концов стали напоминать блюдца.