– И все это время ты даешь ему наркотик? – уточнил ментор. Райер кивнул, оттер Джуну мокрый лоб. Карсо поставила на пол миску, в которую вылила остатки воды из бутылки, намочила платок Джуна и обтерла ему лицо.
– Это все, что я смог узнать. И достать, – радужка Райера вернула себе немного цвета, уже не пугая снежной белизной. – И раньше такое случалось, но только после воздействия.
– А теперь – любое волнение может вызвать жар?
Райер опять кивнул.
– Зачем вы разрабатывали этот нолин? – Джун разлепил веки и заморгал от яркого света. Окон в кабинете не могло быть, они находились глубоко под землей. Дневной свет заменяли ленты светодиодов, которые отражались от белого потолка и больно били по глазам. Он с явным усилием сел, поддерживаемый Райером. – Кого вы еще лечили?
– Было кого, – уклончиво ответил ментор. Порылся в глубинах своего ящика и вытащил упаковку таблеток, бросил ее Райеру. – Купите такие. Он должен принимать это постоянно. Утром, днем, вечером и ночью, с вашей работой неизвестно, в какое время суток вызовут. Всегда, слышите? Джун не должен нервничать. Совсем.
Райер сразу же прочитал состав, который ему совсем не понравился. Сплошные блокираторы, которые подавят эмоции, сделают человека бесстрастным и даже апатичным. Холодный и безучастный Джун – такова цена его выживания?
– Он станет таким же как после лаборатории? – возмущаться уже не было сил. Да и смысла тоже не было, ментор был прав – волнение и Джун не должны были существовать в одном теле. Только согласится ли сам Джун вернуться в состояние отупения?
– Нет, не в такой степени, – отозвался ментор и открыл еще один ящик стола, достал пластиковый контейнер побольше. Райер уже решил было, что одним уколом Джун не обойдется, но в коробке оказалась еда. Комковатая безвкусная каша, еще теплая, которую ментор протянул Джуну вместе с ложкой. – Ешь.
– Не хочу, – дрожащей рукой Джун отодвинул миску от себя, Инэр вздохнул.
– Я накормлю тебя насильно, – серьезно предупредил он и зачерпнул кашу. – Тебя не тошнит, я точно знаю. Когда нормально ты ел в последний раз? Вообще ел когда?
Райер перехватил хлеб с сыром у Сайи, Джун помнил. Но себя за столом вспомнить не смог. Он все время был чем-то занят, а если не занят – то спал. Нащупал в кармане шоколадный батончик, уже изрядно помятый. Мысль о каше вызвала отвращение. Однако ментор сдержит свое слово и запихает в него варево, в этом Джун не сомневался.
– Давайте, – смирился и взял ложку. – Вы много видели таких как я?
– Достаточно, – ментор обвел взглядом трех гвардейцев. – Но редко – такой отряд как ваш. Психоделики – вообще ледяной народ, их травят химией постоянно, у них эмоции напрочь отсутствуют после нескольких лет службы. Понятно, что и привязанности к ним особо никто не испытывает. Так что вы – необычное явление.
– Вам же влетит за это? – спросила Карсо, имея в виду помощь Джуну.
Наивная. Его запечатают так глубоко, что даже дьявольский червь не составит ему компанию. Возможно, забудут, как это бывало с опальными узниками, бросающими вызов устоям гвардии. Бейзар Инэр засунул руки в карманы.
– Еще как влетит. Как и каждому из вас, поэтому все будут молчать. Вкусно? – последние слова он адресовал Джуну, успевшему вычистить посуду незаметно для себя самого.
– Да, – удивленно протянул Джун. Сам не ожидал, что такой голодный. – Это после вашей смеси? Голод?
– Нет, – невесело усмехнулся ментор и забрал миску. Бедный парень уже забыл, как получать удовольствие от таких простых вещей как еда. Если эта серая крупа на воде показалась ему такой вкусной, что бы он сказал о полноценном ужине? – Это потому что людям надо питаться, по-другому они жить не могут.
– И все-таки, ментор Инэр, откуда такие познания в том, как унять жар? – Карсо шлепнула на лоб Джуна вновь смоченную бандану и перевела взгляд с напарника, выглядевшего уже не умирающим, а просто нездоровым, на учителя. Голубые глаза прищурились. – Вы же не подпольный медик?
– Об этом я расскажу в другой раз, – твердо ответил ментор. – Джун?
– В норме, – он попытался встать, но сидеть было не так утомительно. Слабость еще не до конца отпустила его. – Не совсем. Могу я не по инструкции?
– Можешь, – Инэр подвинул стул, чтобы Джун мог опереться об него. – Голова ясная? Таблетку выпей сейчас. И с этого момента не пропускай.
– Понял, – Джун проглотил успокоительное. – Это поможет при допросе?
– Мне жаль. Нет, допрос и эмоции – разные механизмы.
– Я больше не могу быть инспектором. Ментор Инэр, кто-нибудь обязательно догадается, – Джун с надеждой всмотрелся в ментора, который знал больше, чем показывал. Может, и на этот вопрос у него найдется ответ. – Скажите, можно закончить службу?
– Ненавижу все время отвечать «нет», но… Нет. Ты и сам знаешь, зачем спрашиваешь? – дернул щекой ментор. Он, конечно, будет оттягивать время как можно дольше. Но им нужно привлекать меньше внимания, значит, быстрее завершить расследование, которое приковало взгляды половины гвардии. – Твои датчики не позволят. Мне жаль, Джун… Но я не в силах их убрать.
