Сговор остолопов полностью

– Да этот жирный придурок гарантирыет сто перцентов томной бонбы. Ёбть. Ево на кого-нить скинешь, так все остальные под осадки попадут да жопами своими подзорвуцца. Ууу-иии. «Ночью тех» вчера сушчий завапарк была. Сперва у нас там попрыгай, потом толстая мамка притащщилась, потом три кыски прискакали, точно сбежали тока-тока из порзала. Ёбть. Все кулыками машут, царапаюцца, орут, а этот жирный придурок в канаве валяецца, ровно подох совсем, а публики знай себе деруцца, матеряцца, кувыркаюцца, кошак этот здоровый знай себе на проежжей части в отрубе. Ну чисто кино – что ковбои махаюцца, как ганстеры какие. На Бурбонову такая толпа привалила, что тебе на футбол. И падлиция тут как тут, эту подлюку Ли уволокла. Й-их! А дружков у нее в ухрястке и нету никаких. Можа, и сироток привлекут, каким она благо впаривала. В-во! А газета-то кучу мамок понагнала – все фотки сымают, да меня вопросы спрашивают, чё было. Кто сказал, что черный чувак передней страниццей в гызете не пыпадет? Ууу-иии! В-во! Да я самый заменитый бомж в городе буду. Я этому патрулю Манкузе гаврю: я грю – «Эй, раз уж этот бардак закрыли, как нащот скажи дружбану свому в ухрястке, что я тебе помогал, так меня, мож, и не возьмут за шкворень за бомжа?» Кому в Анголу с Ланой Ли охота? Она и снаружи паршивка. Ёбть.

– Так ты на работу устраиваться планирыешь, Джоунз?

Джоунз выдохнул темную тучку – штормовое предупреждение – и ответил:

– Да после того как я вкалывал ниже минималой заплаты, я плаченый отпуск заслужил. Ууу-иии. Где ж я себе другую работу найду? Уже и так по улице ссышком много черных мамок жопы свои таскают. В-во! Очко себе по найму устроить – это не два пальца облюзать. Я не один тут такой с пронблемой. Вона у Дарлины девчонки тож нелегко будет себе по найму вписаться, с этим ее лысым орлом. Публик увидел, как она первый раз свою попку на истраду вытаскиват, так щас в лицо ей плювать будут, как нанимацца придет. Поал, да? Тока сунешь какую жирную мамку в сапаташ, так кучу невиноватых публик, вроде той Дарлины, в какую лажу втюхашь. Это как мисс Ли всю дорогу говорила: этот жирный придурок кому хошь вестицию запоганит. Дарлина щас, наверно, со своим лысым орлом друг дружке пяляцца и гаврят: «В-во! Шик-карная у нас примера была. Й-их! Што надо примерились». Жалко, конешно, што сапаташ так девку подставил, но я как увидел ту жирную мамку, так просто удержу не было. Я ж знал, что он как-то всю эту «Ночью тех» подзорвет. Ууу-иии. И в натуре громыхнуло. Й-их!

– Так тебе еще подвезло, что подлиция тебя тоже не загребла, что в этом баре работаешь.

– Этот патруль Манкуза гаврит, ценю, что ты мне тымбочку показал. Гаврит: «Нам, мамкам в падлиции, таких, как ты, надо, чтобы подмогу показывать». Гаврит: «Такие, как ты, мне вперед добицца дают». А я гаврю: «В-во! Вы тока точно скажи дружбану свому в ухрястке, штоб меня грабастать не стали за бомжа». А он гаврит: «Точняк и скажу. У нас все в ухрястке сильно ценят, что ты для нас сделал, чувак». Вишь как – таперь эти падлицейские мамки меня ценят. Й-их! Мож, какая миндаль обломицца. В-во! – Джоунз прицелился дымом поверх смуглой головы мистера Уотсона. – А у этой подлюки Ли в тымбочке та ищщо фотыграфия была. Патруль Манкуза как увидел их, так у него чуть зенки на пол не выкатились. Он гаврит: «В-во! Й-их! У-ух!» Гаврит: «Ух ты, во таперь я точно вперед добьюсь». А я себе гаврю: «Мож, кто-то вперед и добьёцца. А кой-кто ищщо так и бомжевать снова». Кой-кто завтра уже не будет по найму калымить ниже минималой заплаты. Кой-кто свою задницу по всему городу таскать будет, а не кондицанеры себе с разноцветыми чиливизарами покупать». Ёбть. Тут я тебе прославный спицалис по швабре, а тут уже – бомж.

– Все могло быть хреновей.

– Ага. Тебе гаврить лехко, чувак. У тебя вон свое приприятие маленько, и сынок школу приподает, у него ж, наверно, комплек бабикю есть, «бюйк», кондицанер, чиливизар. В-во! А у меня даже транзитерной радиы нету. – Джоунз образовал облако довольно философского склада. – Но ты тут навроде прав, Уотсон. Все могло быть хреновей. Я мог быть этой жирной мамкой. В-во! А чё с такими мамками бывает, а? Й-их!