Марк подошел к столику и, поприветствовав двоих друзей, сел.
Тиберий, с присущим ему величием, сидел, положив ногу на ногу, и рассматривая блики солнца в бокале вина. Из заказанного, помимо вина, у него был только сыр. Так как, Тиберий предпочитал утро начинать с бани, которая, как раз находилась неподалеку, то облачен он был не в неудобную робу, а в банную белую простыню, в которой и сидел за столом, нежась на теплом солнце, и легком ветре. Тиберия, как и всегда, сопровождала, молоденькая девушка курьер, которая конспектировала, всё сказанное Тиберием, а так же заполняла распорядок встреч. Курьер всегда находилась практически в упор к своему аббату, так как, свободная от бокала с вином, рука Тиберия, была занята, чем-то важным, под робой девушки.
Непот, так же сидел в банной простыне, но облачен он в нее был не только от того, что вместе с Тиберием посещал баню, а просто от того, что с его комплекцией, было неудобно в робе, и поэтому Непот постоянно ходил, либо в шелковом халате, либо в простыне. Вкусы Непота, как в пище, так и в других аспектах человеческих потребностей, кардинально отличались от вкусов Тиберия. За ним не ходил писарь из партии. Непота, на тонкой цепи, повсюду, сопровождали два полуголых юноши, скорее всего, бывшие когда-то апатридами. Он любил появляться на людях со своими питомцами, которых выгуливал исключительно на цепи. Непот объяснял окружающим курьерам, свои действия вовсе не странной любовью, а необходимостью, таким образом, отмаливать грехи ведомых последователей и апатридов еще при жизни. Теория, нужно отдать должное, была весьма убедительная. Партийца, конечно же, под таким предлогом на цепи за собой не потаскаешь. А вот заблудший последователь, сам с радостью был готов раздеться и сесть на цепь, лишь бы смыть с себя какие-нибудь грехи. Ну, а апатридов, собственно, можно было и не спрашивать.
Ходили слухи, что цепные грешники Непота, состояли исключительно из молодых мальчиков неспроста. И то, что после отпущения грехов, целовали они отнюдь не руки поводыря. Да и вообще, практически каждый знал, что выгул на цепи, это самая безобидная фантазия Непота, коих у него была масса.
В любом случае, Марка, это особо не интересовало, он компании цепных мальчиков, однозначно, предпочитал компанию десятка белокурых девиц. Возможно, настолько же молодых, и так же часто меняющихся, но, однозначно, противоположного пола. Поэтому, Марк, даже не пытался понять пристрастия Непота или представить его фантазии.
«Ну, Тиберий, рассказывай, по какому важному поводу ты собрал нас сегодня?» — с ухмылкой поинтересовался Марк.
«Ты, наверное, непременно, слышал, Марк, о том, что в этом месяце мы почти не отправили крысиного мяса ни в один город?» — спокойно, и с какой-то легкой надменностью начал Тиберий.
«Приходилось» — спокойно ответил Марк.
«А в чем, собственно проблема? Непот жалуется на недоедание? — Марк всё с той же ухмылкой кивнул в сторону Непота, который уплетал, какую-то жаренную красную рыбу с овощами. — Я просто сам не особо употребляю такое в пищу».
Непот поперхнулся и демонстративно отодвинул недоеденный кусок, хоть тот и не напоминал крысиного мяса.
«А ты у нас вообще ничего кроме алкоголя и психотропных веществ не употребляешь. — заметил Тиберий, — Тем не менее, мы не должны терять преимущества в этой пищевой цепи. Апатриды, во всех городах, составляют подавляющее большинство рабочей силы, которую, к сожалению, необходимо кормить. И мы, до недавнего времени, были в этом направлении лидерами».
«А теперь мы лидеры по количеству этих самых апатридов. — с меланхоличным выражением лица заметил Непот, вытирая руку об голову одного из своих мальчиков. — И такими темпами, мы сначала лишимся избытка крысятины, потом ее попросту начнет не хватать, ну а после, апатриды отпарятся отбирать пищу у других».
«И учитывая их бесконтрольно растущее количество, — подхватил Тиберий, — отбирать они начнут не только у последователей и партийцев».
«Называй вещи своими именами, Тиберий. — не изменяя улыбке ответил Марк. — Тебя пугает не то, что апатриды тебя объедать начнут, а то, что объедая последователей, те так же взбунтуются и пойдут против партийцев. И в этом случае мы полностью потеряем контроль над всем».
«Мы не просто потеряем над всем контроль. — пояснил Непот. — Мы сами исчезнем. Нас некому будет кормить, нам неким будет управлять. Мы перестанем представлять ценность для других городов, а, следовательно, они прекратят поставки своей продукции».
«И какие предложения? — съедая с тарелки Тиберия сыр, спросил Марк. — Предлагаешь отправить всю партийную стражу расстрелять половину апатридов?»
