«Эх, не хотел я пока озвучивать эти подробности, чтобы не получилось как в прошлый раз, но ты меня вынудил. — сказал Ардет, вспоминая об инструкциях апатридоведа. — У апатридов есть своя вера. Вера, в корне отличающаяся от нашей. Вера, в которой высмеивается всё то, во что мы свято верим. А главная их идеология — это уничтожить всех, кто не верит в то же, во что верят они. Но их вера — бред и заблуждение. Поэтому даже аббаты называют верующих апатридов — НЕВЕРНЫМИ. Кстати, проповедуют им именно последователи и партийцы, у самих апатридов мозгов бы на это не хватило. Это вам, к слову, о казни остальных слоев населения».
На деле Ардет, не совсем точно усвоил предоставленную аббатами информацию, но ключевые моменты, такие как «храмы апатридов», «неверные» и «казнить можно всех», запомнил, и, по своему усмотрению, сложил в единый рассказ. Он поведал Эту, Вении и нескольким рядом идущим случайным слушателям о великой угрозе надвигающейся на всех ныне живущих. О спятивших от власти партийцах и последователях, просвещающих по своим безумным книгам апатридов. О храмах, где неверных учат убивать обычных жителей. О тайных складах, на которых хранится оружие превосходящее даже их собственное. И о том, что если они в ближайшее время не положат этому конец, то наступит время хаоса, когда всех партийцев и аббатов попросту истребят.
Конечно, рассказ Ардета был немного не правдоподобен, к тому же с ярким оттенком экстремизма, присущим только самому Ардету. Но при этом ни Эт, ни даже Вения не стали оспаривать противоречивые моменты истории. А если говорить об остальных слушателях, то те вообще ни разу не усомнились в очередном докладе опытного апатридоведа, недавно повышенного до звания личного палача аббатов.
Справедливости ради стоит заметить, что авторитет Ардета стремительно рос в умах рядовых партийцев. Помимо красноречивых рассказов о предполагаемом враге, он мог похвастаться и реальными заслугами. Все прекрасно помнили его инструктаж «О поведении в чрезвычайных ситуациях». Тот самый, который спас, впоследствии, не один десяток жизней в недавних дневных битвах. Его героическое поведение при входе на склад. Разоблачение заговорщиков в трактире. А про его психологическое противостояние с хозяином склада на горе трупов, вообще успели придумать пару рассказов, обросших несуществующими, но при этом красочными подробностями. Поэтому по рядам, как и в прошлый раз, пошли тревожные перешептывания, передающие суть происходящего окружающим.
Подойдя к уже печально известной площади, колонна остановилась. В ровном лунном свете это пространство, между трактиром и складом выглядело как эталон безмятежности. Ничего не напоминало о дневном противостоянии. Не было трупов и раненых, пыль усела, и даже пятна крови с земли, как будто, кто-то бережно стёр. Тут хотелось просто стоять и думать о чем-то высоком, о чем-то не связанным с последними событиями.
Ардет вышел из колонны и, взобравшись на первую попавшуюся телегу, одиноко стоявшую на площади, обратился к своему войску.
«Братья! Не забывайте, что мы снова на территории врага. Врага, который, в отличие от нас, не наделен даром сострадания. Врага, которого не останавливает страх перед загробным судом. — Ардет, засунув одну руку в карман, а второй описывая фигуры вокруг склада, произносил воодушевляющую речь, голосом опытного оратора. — Потому прошу вас, братья! Помните! Правда — на нашей стороне. Знания, сила и мудрость — на нашей стороне. Отвага и опыт — на нашей стороне. Поэтому начнем делать то, на что благословили нас аббаты! Разгружайте ящики на складе. И во имя Марка и Флавия, ничего не бойтесь! Вперед, братья!»
После такой ободряющей речи самого заслуженного апатридоведа, личного палача аббатов и ветерана последних событий Ардета, вереница курьеров, бодрым шагом потащила ящики внутрь склада. Вооруженная стража, с оружием наготове, шла впереди, всем видом стараясь показать, что слова их нового лидера исполняются в полной мере. Они отважно подбегали и заглядывали в окна склада, некоторые даже запрыгивали вовнутрь. Смело заходили через парадный вход оплота врага и рассеивались по этажам и комнатам. Даже Эт и Вения стояли у разных окон склада и, заглядывая внутрь, контролировали процесс размещения ящиков.
Ардет же, напротив, на правах народного героя и эксперта, к складу не пошел. Он пошел на другую сторону площади, к трактиру, где стояли, выстроившись вряд, партийные лекари, мирно наблюдающие за происходящим издалека.
«То есть помощь Диоскорида заключается в том, чтобы просто стоять в стороне?» — ехидно начал диалог с Санитас Ардет.
«А ты нам предлагаешь таскать ваши ящики?» — поинтересовалась Санитас.
«Как насчет просто поддержать парней, которые сейчас там, на волоске от смерти? — раздраженно сказал Ардет, указывая рукой на склад. — Я был там, и знаю насколько там опасно!»
