Масштабы бедствия были таковы, что никто не брался подчитывать ущерб или количество погибших. Выжившие привычно взялись за организацию палаточного лагеря на главной площади.
Сам дворец магистра устоял благодаря вовремя и точно исполненным инструкциям – Вильгельмину Спириту стоило поблагодарить за организованность. Едва возникли первые подземные толчки, как на защиту главного оплота государственности магического мира были призваны жрецы собора, служащие Волшебно-магической канцелярии и Штаба, научные сотрудники и дворцовая прислуга. Чарами они смогли удержать весь комплекс от значительных повреждений. И теперь казалось, что он остался единственным, что уцелело на всем острове.
Однако сразу после этого магистр Вильгельмина приказала служащим Штаба магам-хранителям не оказывать помощь или разбирать завалы, а немедленно разыскать всех членов Верховного Ковена.
Когда маги-хранители обнаружили их, Деметра Лоренс только-только увидела среди толпы Ричарда Хаттона и Гиллана. Оба были, как и они с Морганом, в пыли и грязи, со свежими ссадинами и кровоподтеками, еле стоявшими на ногах, зато живыми.
Ричард и Морган истратили много магических сил и чувствовали себя неважно. Даже когда все спешились и теневые кони растворились в воздухе, Деми продолжила обнимать и поддерживать мальчика одной рукой, чтобы тот не упал. В довесок на плечи к ней запрыгнул принявший свой обычный вид кот Пампкин – он сразу заурчал, но делал это довольно устало и казался очень вялым.
Заметив, как маги-хранители собираются увести с площади крестного братьев Далгарт, Деметра попыталась было выяснить у них, что происходит. Но вместо ответа услышала только приказ Ричарда, выданный слабым голосом:
– Возьмите их с нами.
Всех пятерых, включая кота, под конвоем сопроводили во дворец.
Уже сразу на входе, в холле, их окружили лекари мистера Флеминга, которые помогли наскоро залечить раны, а слуги подали влажные полотенца, чтобы можно было смыть с себя грязь. Специально назначенные сотрудники Канцелярии составляли списки прибывших.
Присмотревшись, Деми увидела примерно те же лица, что и вчера, – то были члены Верховного Ковена с семьями и прислугой. Она вздохнула с облегчением, когда заметила среди них Рицци Альфано и прибывших чуть позднее Шерла Прамниона и Алану Бланшар. А когда вертела головой, надеясь разглядеть хоть где-нибудь кудрявую шевелюру Вивьен Ашер, то услышала, как ее кто-то окликнул.
Она обернулась, сразу заметив Дрейка, торопливо спускающегося с парадной лестницы, и аккуратно сняла со своей шеи тяжелого кота, вручив его стоявшему рядом мальчику.
– Слава богам, Деми, – обеспокоенно выдохнул он, когда пробился к ним. – Ричард, Морган…
Парень обнял их всех по очереди, но его лицо быстро стало еще более обеспокоенным. Глаза бегали из стороны в сторону, явно разыскивая кого-то.
– А где Дориан? – спросил он наконец.
Деметра покачала головой, не ответив. Она и не знала, что именно может сказать. Кроме одной голой надежды у нее ничего не осталось. Разрушения в городе были велики, и оставалось только молиться, что другим островам архипелага повезло больше.
– Он на Вайлдханте, вместе с Ликой Спиритой… И большего мы не знаем, – сообщил за нее Ричард. – Рут погибла в Кроу-хаусе… Да смилостивится над нами Абатис…
– Рут погибла?.. – растерянно переспросил Дрейк. – А Дориан уехал с Ликой Спиритой?
– Как Рубина? – спросила в свою очередь Деметра.
Она не хотела думать ни о Рут, ни о других сотнях погибших. И желала бы не думать ни о чем вообще, но остекленевшие глаза не выходили у нее из головы. Последними словами экономки стало напоминание о том, что Деми всегда доверяла Дориану. Но ей уже было плевать на доверие. Главное, чтобы он остался в живых.
– Рубина в порядке, – сказал парень. – Как именно Дориан оказался на Вайлдханте?
Не успела Деметра посвятить его в подробности, как в дверях, ведущих в большой бальный зал, появилась Вильгельмина Спирита. Громким и явно усиленным чарами голосом она попросила всех подняться.
Самые важные люди Нью-Авалона вновь, по прошествии едва ли десяти часов, собрались в том же зале, что и на свадьбе. Однако сейчас сложно было найти хотя бы одну улыбку. Если они и не пострадали, то уж наверняка лишились недвижимости или ценного имущества. Аристократы перемешивались с сотрудниками Канцелярии, Штаба и библиотеки, прибывшими со своими едва уцелевшими семьями. Казалось, что внутри собралось ничуть не меньше людей, чем было на свадебном балу.
Огромные золоченые люстры не были зажжены, и атмосфера оттого казалась еще более мрачной и холодной. Многие женщины украдкой вытирали слезы. Дети жались ближе к родителям.
– Члены Верховного Ковена, выйдите на середину зала, пожалуйста, – попросила Вильгельмина, сама при этом становясь по центру.
Тесная толпа зашевелилась. Деметра тут же увидела своих дедушку и бабушку Бланшар, кузена Леона и Файру Спириту, жреца Артура Эмброуза и даже целехонькую, но явно чем-то расстроенную сестрицу Рубину.
