Адам хмыкает, одной рукой прижимая жену к себе.
— Не сомневаюсь. Разве у нас когда-то бывает иначе?
Я издаю невеселый смешок.
— Да уж.
— И все же, ты и Блисс Винтер? Или все же Сара? Кстати, я запуталась. — Грейс растерянно качает головой.
— Она злилась поначалу, но теперь привыкла. Я зову ее Сара. Блисс — ее псевдоним.
— Так тебя не остановило то, что ты знаешь о ней? — Друг посылает мне один из тех взглядов, которых хватает самих по себе, чтобы без слов понять, о чем он думает.
Я усмехаюсь, поднося стакан с виски ко рту.
— На самом деле — мы с ней похожи. Так что — какого черта, почему бы и нет?
— Ладно, я к гостям. — Грейс целует мужа в щеку и строго смотрит на нас. — А вы двое — видите себя прилично. — И после этого отходит к небольшой группке людей.
— Ты уверен?
Глаза Эла совершенно серьезно смотрят на меня.
— Ни в чем не был так не уверен прежде, как сейчас, — решаю быть честным я.
— Тогда стоит ли оно того?
— Помнишь, когда у вас с Грейс все только начиналось, я не задавал лишних вопросов? — Я красноречиво смотрю на Адама.
Эл кивает и издает короткий смешок.
— Я тебя понял.
Я поднимаю стакан и салютую им другу.
— В этом и состоит прелесть нашей дружбы.
***
Сары долго нет, и я начинаю волноваться. Отправляясь на ее поиски, я надеюсь, что она не сбежала через окно, как в какой-нибудь средней комедии.
Возможно, привести ее сюда и правда, было неудачной идеей?
— Сара. — Я стучусь в дверь ванной, вдруг испугавшись, что могу вновь застать ее скорчившуюся и задыхающуюся на полу.
Но вопреки моему страху, она почти сразу же открывает дверь — я с тревогой впиваюсь в ее бледное лицо.
— Что происходит?
Она слабо качает головой и вместо ответа берется рукой за мою шею, привлекает к себе и целует. Я вхожу в комнату, захлопываю дверь за собой и наощупь задвигаю щеколду.
Напряжение волнами исходит от нее, и я решаю, что лучшее сейчас — это позволить ей руководить. Если она нуждается в этом, и если потом ей станет легче — я готов дать ей это.
Мы двигаемся по комнате, целуя друг друга, и я чувствую отчаянье Сары, ее горечь и смятение.
Она подталкивает меня к унитазу, и я опускаюсь поверх крышки, безошибочно угадывая ее мысли.
Наши взгляды ни на секунду не теряют друг друга, даже когда она приподнимает платье и спускает трусики по ногам, осторожно переступает и оставляет на плиточном полу.
Она настолько охренительно сексуальна, что вся моя кровь разом горячим потоком устремляется вниз.
Наблюдая за ее лицом, я расстегиваю ремень и молнию слаксов, после чего достаю презерватив из бумажника.
— Парень всегда должен быть готов, — хрипло шучу я, желая немного снять напряжение.
Слабая улыбка приподнимает уголки ее губ, но не касается глаз.
Я надеваю презерватив, а Сара становится надо мной и медленно опускается, полностью и легко принимая меня в себя.
Жаркое тепло ее плоти обволакивает мой член, и воздух с шипением вырывается сквозь стиснутые зубы.
Она начинает двигаться, медленно поднимаясь и опускаясь по всей длине. Руками обхватывает меня за шею, чуть приоткрыв губы, и ни на миг не теряет мои глаза взглядом.
— Ты такая удивительная, — бормочу я, сжимаю ее талию сквозь ткань платья и, приподнявшись, еще глубже врезаюсь в ее влажную киску.
— Заткнись, — почти молит она, крепче обхватывает меня за шею и опускает лоб на мое плечо. Ее движения становятся резче, горячее дыхание проникает сквозь мою рубашку.
Я опускаю руку между нашими телами и, найдя ее клитор, принимаюсь ласкать его.
Ее стоны становятся громче, смешиваясь с короткими всхлипами.
Чувствительный узелок под моими пальцами увеличивается, Сара вздрагивает всем телом и кончает, прижавшись открытым ртом к моему плечу. Я чувствую пульсацию ее внутренних мышц на моем члене, до упора всаживаюсь в нее и тоже кончаю.
— Нам надо вернуться, потому что мы оба надолго пропали и это странно смотрится.
Сара улыбается, надевая белье, но ее глаза по-прежнему кажутся мрачными.
Я привожу одежду в порядок, потом подхожу к ней и, положив ладонь на щеку, большим пальцем глажу нежную кожу.
Не знаю, откуда, но у меня вдруг встает ком в горле. Я чувствую, что мы движемся к разрушению, хотя это странно — мы же едва начали.
— Хорошо. — Я, наконец, киваю и отступаю от нее. — Выйди через пару минут после меня.
Я возвращаюсь в комнату с гостями, которые оживленно общаются, угощаясь закусками с блюд снующих официантов.
Эл стоит возле бара, и когда я подхожу ближе, он с усмешкой спрашивает:
— Трахался в моем новом доме со своей подружкой?
— Считай, вернул тебе долг, — с улыбкой хлопнув друга по плечу, заявляю я.
Эл в согласии приподнимает брови.
— Значит, в расчете.
— В расчете, — отзываюсь я, подавляя тревогу, поселившуюся в желудке.
Блисс
Остаток вечера я стараюсь выглядеть спокойной, и даже поддерживаю разговор, загнав панику в отдаленный участок сознания.
От повышенной нервозности зудят ладони, и порой я ловлю себя на мысли, что подолгу не дышу, пока в груди не начинает печь.
Ощущение, что я тону. Захлебываюсь, и скоро просто не останется кислорода.
