Мальчишка обрадованно кивнул и, все еще разглядывая монетку, повел нас вперед. Он юрко проскальзывал чуть ли не под ногами у прохожих, шисюн степенно шагал следом (перед ним люди, точнее, нелюди, расступались), а мы с наставником Юнхэном плелись сзади, старательно изображая деревянную походку. Один раз ко мне все же протянул руки какой-то малоприятный субъект, за версту воняющий тиной, но тут же завопил, когда ему в грудь ударил огненный шар – шисюн, не оглядываясь, щелкнул пальцами. Этого предупреждения оказалось достаточно, и нас больше никто не трогал.
Шагая между рядов, я сначала пыталась разглядеть разложенные товары, а потом, наоборот, старалась не смотреть: потому что продавали тут всякую гадость: глаза в банках, украшения из зубов, подозрительно напоминающих человеческие, сушеные уши («съешьте и услышите, что о вас за глаза говорят соседи!» – вопил продавец ) и прочее. От взгляда на разные отвратительные товары, которые тут весьма пользовались спросом, меня затошнило, и поэтому, когда мальчишка свернул с торговой улицы и повел нас кривыми улочками и темными подворотнями, я безмерно обрадовалась. Лучше уж пройдусь по не совсем чистым переулкам, чем по той широкой и яркой освещенной торговой улице. Чувствую, после уже увиденного мне будут долго снится кошмары.
К счастью, призрачный город был не таким уж большим, и вскоре мы вывернули из особо темного и вонючего проулка и оказались прямо на площади перед замком. Мальчишка, получив свою плату, скрылся, а мы двинулись к воротам. Красные, массивные, украшенные позолоченными заклепками, это были самые огромные ворота, что я видела. Похоже, кто-то возомнил себя местным императором, – подумала я, сравнив размеры замка и лачуг, мимо которых мы только что проходили. И, как у каждого императора, у местного главного темного создания была стража.
– Стой! Кто идет? – завопили сбоку, и вынырнувшие из теней под воротами стражники преградили нам путь длинными копьями. Они были похожи на людей – по крайней мере, если у них и были какие-то аномальные части тела, они оказались скрыты форменной черной одеждой.
– С дороги, – раздраженно заявил Шоу Юэ, – я привел пленников на продажу вашему…ээээ…как там его..
– Князю Мо Хэю, – подсказал другой стражник, в то время как первый мерил нас подозрительным взглядом.
Стражники пару раз переглянулись друг с другом, посмотрели на шисюна, на нас и, когда я уже подумала, что мы так и застрянем перед этими воротами навечно, наконец подняли копья. Один из них завопил: «Рабы для господина Мо Хэя!», и мы прошли в ворота. У меня засосало под ложечкой от страха: вот мы и в самом логове злодея… как же тут…
Роскошно. Все вокруг было красиво и кричаще дорого. Ни одна колонна, балка и любая подходящая поверхность не осталась без резьбы и росписи, а каждая статуя в саду, через который мы шли к замку, была позолочена. По обе стороны дорожки цвели пышные и незнакомые цветы, и их удушающий аромат туманил сознание. Страшно подумать, что же будет внутри. Мебель из цельных кусков нефрита? Выложенный золотыми плитами пол?
От всего этого броского великолепия у меня зарябило в глазах, и ко входу я подошла с уже по-настоящему остекленевшим взглядом. У дверей нас встретил, надо полагать, управляющий этого поместья: еще одна гигантская жаба, которая тут же принялась яростно торговаться за нас с Шоу Юэ.
– Я привел тебе опытного человеческого охранника и молодую госпожу, – с пеной у рта отстаивал свое Шоу Юэ, – из полного сил мужчины получится немало духовных пилюль, а девушки всегда высоко ценятся!
– Да? – жаба почесала перепончатой лапой зеленый лоб, – я людей плохо различаю, мужчины, женщины, все на одно лицо. Ладно, дам тебе дюжину духовных пилюль и эликсир беспричинной радости.
Шисюн еще попрепирался для порядка, но потом все же согласился. Несколько сияющих, переливающихся радужными цветами жемчужин упали ему в ладонь, и жаба-управляющий развернулся к нам.
– За мной, – скомандовал он и, развернувшись, скрылся в дверном проеме. Украдкой переглянувшись, мы с наставником поплелись за ним. Я знала, что где-то за нашими спинами шисюн накладывает на себя заклинание невидимости и крадется следом, но все равно теперь, когда нас вел не он, а непонятная нечисть, мне было не по себе. Скорее бы найти похищенных и выбраться…
Мы прошли несколько коридоров и сквозных залов, один великолепнее другого и, вероятно, оказались на половине слуг – потому что шелк и позолоту сменили беленые стены и практичное некрашеное дерево. Мы шли, навстречу нам никто не попадался, и я уже было уверилась, что все идет по плану, как вдруг нам навстречу вылетел другой слуга, тоже жаба.
– Ва! – от неожиданности он полувсрикнул-полуквакнул. – Господин младший управляющий, мне как раз нужна девушка прислужить господину в зале!
– Пусть идет с тобой, – важно кивнул наш провожатый и, развернувшись, помахал перед моим лицом лапой. – Иди с ним!
