– Нет, конечно же нет. Хотя, в каком-то смысле – да, отказываюсь. То есть я хочу сказать, что, когда мы с вами договаривались, я не знала, что вы любите другую, – от этих слов по лицу графа, словно высеченному из камня, пошли темные пятна.
– Не понимаю, о чем вы толкуете, – его голос перешел в такой низкий рокот, что слова стали трудноразличимы.
– Пожалуйста, Аш, если вы ничего не имеете против, давайте будем искренни. Мне ясно, что вы с Лианой любите друг друга – и уже в течение многих лет. Поверьте, – она протестующе подняла руку, заметив, что Аш готов возражать, – я очень сочувствую вам обоим и мне крайне неприятно и грустно, что я встала между двумя любящими сердцами, которые должны принадлежать друг другу.
Аш поднялся со скамьи и посмотрел ей прямо в глаза. Такого гневного лица она еще никогда не встречала. Потемневшие глаза пылали злобой, а в напряженной позе чувствовалась едва сдерживаемая жуткая сила, пугающая, как пекло ада, и Аманда так затряслась, что дурацкое шелковое платье, доходящее до туфель, предательски затрепетало сверху донизу. Он опять заговорил, и голос его был спокоен и грозен:
– Моя личная жизнь не касается вас, мисс Бридж. В мое официальное предложение руки не входит разрешение копаться в наиболее интимных подробностях моей жизни. Мои чувства к графине Ашиндон не предназначены для ваших незваных исследований. – И он впился в нее таким пронзающим взглядом, что она ощутила себя беспомощным мотыльком, пришпиленным булавкой к доске.
– Помилуйте, – прошептала она, – я не хотела... я не думала...
– Конечно, вы не думали, – произнес он презрительно. – Вы просто ублажали себя сказкой об утраченной любви и двух разбитых сердцах. Да и когда вы в вашей коротенькой и изнеженной жизни по-настоящему думали о страданиях других людей? Если бы думали, то не превращали бы их в пародию своими безмозглыми попытками соваться туда, где вам нечего делать. И хорошенько усвойте – я сделал вам предложение и обо всем условился с вашим отцом, поэтому я женюсь на вас и вы выйдете замуж за меня независимо от тех чувств, которые мы испытываем по этому поводу. Я женюсь на вас из-за денег, мисс Бридж, – проговорил он безжалостно, – или вы уже опять забыли, что дали ваше девичье слово охотнику за приданым?
Аманда смотрела на него во все глаза. Несколько едких возражений чуть не сорвались у нее с языка, но из-за искреннего страдания, звучавшего в его речи и очень понятного ей, она не решилась сразу оспаривать справедливость его упреков. Глубоко вздохнув, она спокойно сказала:
– Похоже, я задела больные струны в вашей душе, верно?
– Что?! – опять грохнул он, как раскат грома, и Аманда с изумлением увидела по его лицу, что он оскорблен и возмущен одновременно.
– Пожалуйста, выслушайте меня, Аш. Искренне вам говорю, что не собираюсь рыться в вашей личной жизни, но согласитесь, то, что вы любите другую, есть своего рода посягательство уже на мою личную жизнь. И я вам просто говорю, что если мы вместе обдумаем все это, то, вероятно, сможем найти более приемлемое решение, – произнося все это, она чувствовала неприятное болезненное ощущение от подспудной мысли, что сердце Аша отдано другой, но сумела отогнать эту мысль.
Аш все еще кипел и тоном, преисполненным сарказма, спросил:
– Полагаете, у меня не было и пары иных соображений, прежде чем я сделал вам предложение?
– Были, но, как вы же сами отмечали, я богата, а вы нет. Если бы я могла передать вам кое-что из моих собственных средств, тогда...
– Упаси Бог! Избавьте меня от вашего бахвальства своей благотворительностью. Вы всерьез думаете, что можно восстановить мое поместье на деньги, которые дают вам на булавки? Или обеспечить вывод в светское общество моей сестры и дать юридическое образование моему брату на те серебряные монетки, что вы получаете на карманные расходы?
– Так для этого вам нужны деньги? – оторопело произнесла Аманда, изумившись так, что у нее чуть челюсть не отвалилась.
Остановившись как вкопанный, Аш воззрился на нее с не меньшим изумлением:
– Конечно. А вы как думали – для чего они мне?
– Ну... считала, вам нужны наличные для того же, что и всем великосветским повесам Регентства – на азартные игры, на застолья и выпивки, на женщин...
Аш опять удивил ее, расхохотавшись от души.
