Словно камень, брошенный в воду, от которого расходятся круги, в светское общество врывается Алекс Боровский, богатый американец, сын эмигрантов из этого города. Учёный, меценат, антиквар, охотник за сокровищами и просто красивый и привлекательный мужчина, сразу завоевавший сердца светских дам. Лишь одна Анна знает его страшную тайну, которая может стоить ей жизни. Когда-то давно она встретилась с этим человеком при страшных обстоятельствах, и у него были другая внешность и другое имя. Как поступит это чудовище, когда прознает о том, что Анна его узнала? Но неожиданно для неё он предлагает ей сотрудничество. Правда, ультимативно и без права выбора. С собой новый знакомый привносит новые тайны, опасности и изменения в жизни. Только положительные или губительные?
Время до вечеринки у чудовища прошло относительно спокойно. Он сам был чем-то занят и почти не звонил и не появлялся. Лишь когда ему нужны были сведения о ком-то из персон нашей элиты, он звонил и интересовался, что я могу рассказать. Интересовало его конечно не то, что можно было бы прочитать в официальной биографии. А как журналист я была ходячая энциклопедия фактов.
Стас пару раз приглашал на свидание, но ненастойчиво, потому что тоже был сильно занят. Через пару дней только приехал подписать бумаги на покупку выбранного дома в «Снежино», мы договорились отметить, но так и не нашли время. Я отнекивалась, ссылаясь на выдуманные проблемы, а он не сильно и напирал.
Сообщив зверю, что один участок таки увели у него из-под носа, я предложила ему забронировать второй. Он попросил, чтобы я всё оформила, а он подпишет, когда найдёт время. Я съязвила, что могу послать ему своего секретаря Жанну с бумагами, и напомнила, чтобы он не забыл внести её в список гостей.
– Ещё одно слово про Жанну, и я подумаю, что ты меня к ней ревнуешь, – поддел он меня.
– Я такой шантаж проходила в третьем классе начальной школы. Не дождёшься. Позвоню и проверю.
Он рассмеялся.
– Журналистская школа не прошла даром. Ладно, уговорила. Но если она будет ходить за мной тенью и смотреть в рот, я или прибью её или тебе придется взять её на себя. Понятно?
– Куда уж яснее, – буркнула я. – Как обычно, мужики проблемы создают, женщины распутывают.
– Супервумен, лучше скажи, ты сама подготовилась к муви-пати?
– Э-э… – лихорадочно соображала я, что он имеет в виду.
– Приглашение у Стаса, да? Ты его не видела? Ну понятно, – он притворно вздохнул. – Как жаль, что вас с Жанной не пропустят на вечеринку за несоблюдение дресс-кода. За этим буду строго судить по моему приказу.
– А что там? – обеспокоилась я.
– Ой, звонок, кто-то на линии, пока-пока, – издевательски пропел он.
– Погоди, не заставляй меня звонить Стасу, – жалобно торопилась я прокричать в трубку, но не успела.
На уме у меня вертелось очень нехорошее слово, которое приличные девушки не произносят вслух. Но поскольку в кабинете никого не было, а девушка я не очень приличная, я с чувством и громко выругалась. Но полегчало мало. Пришлось набирать Стаса и выяснять.
Оказывается, Стас порекомендовал Боровскому тех устроителей праздников, которые занимались презентацией «Непознанного». Желая сделать клиенту приятное, они предложили американцу Боровскому провести вечеринку в стиле Голливуд. Кинопати. Тот не стал отказываться, в итоге в приглашении был прописан строгий дресс-код: голливудский стиль.
– А поконкретней? – поинтересовалась я недовольно. – Ретро-Голливуд? Премия Оскар? Бурлеск, Мулен-Руж и кабаре? Или в образе киногероев? А может надо заявиться как ДжейЛо на Грэмми в полностью открытом платье?
– О, я бы хотел на это посмотреть! Только на своей частной вечеринке для нас двоих ладно? Не парься, ты в любом платье будешь как кинодива.
– Ты меня с кем-то путаешь.
Стас рассмеялся.
– Просто добавь немного гламура и яркости. Шик, блеск и красота – ты будешь самой красивой гостьей вечера! Целую. И жду-не дождусь увидеть тебя в роли голливудской красотки.
– Мне тогда у Нины надо мастер-класс взять.
Стас бурно закашлялся.
– Подавился. Так и убить можно! Чуть не задохнулся. Аня, только не это! Твоя Нина…
Он хотел много что сказать, но я его прервала:
– Хорошо. Пока, – и отключилась.
Немного подумав, набрала чудовище.
– И как тебя угораздило согласиться на это? Чем они тебя шантажировали? Признайся, ты согласился под пытками?
– Нет, наоборот, – засмеялся Алекс, – мне показалось это очень забавным.
– Что именно?
– Увидеть нашу элиту пыжащейся навести голливудский лоск. Поскольку не последовать не посмеют – иначе не пропустят, я всех предупредил – должно выйти очень смешно.
– Почему бы не в костюме зайчиков или белочек, было бы ещё смешнее, – возмутилась я.
– Нет, это подразумевает хоть какую-то самоиронию. А тут всё будет серьёзно. Все напялят на себя лучшее, наведут шик и лоск, и будут такие напыщенные и самодовольные. И при этом смешные. Вот увидишь, – он хохотнул. – Или у тебя совсем нет чувства юмора, – упрекнул он меня.
– Ты прав, нету, я постоянно это слышу от таких шутников, как ты. Я вижу в этом только издевательство над людьми.
– Ну, никто не заставляет, кому не нравится, могут сидеть дома.
– Я чувствую себя полной дурой. Я уже не могу пропустить такое действие, и в то же время и мне придется подчиниться твоим правилам, – посетовала я.
– Вот видишь, тебе уже интересно, – поддразнил он.
Я подумала, что да, моё воображение уже рисует картины, особенно некоторых персонажей…
– Погоди-ка. Если исключений нет, а как же хозяин вечера? Он должен задавать тон!
– Зови меня просто – Бонд. Джеймс Бонд.
– Да ладно? – восхитилась я его скромностью.
