Мне хотелось побежать, но я боялась. Вдруг это как с собаками, покажешь страх, повернёшься спиной, побежишь и тут же станешь жертвой.
– Александр! – позвала я его.
Он вернулся в прежнее состояние человека и недовольно смотрел на меня.
– Напугалась? Ты вообще думаешь, с кем ты связалась? Не играй со мной, не перечь мне. Просто делай что я говорю.
– Что, слова сказать нельзя? – обиделась я. – Сразу голову отвернёшь?
Мне хотелось разреветься. Пугает юную девушку, обращается как со служанкой. За что он мне повстречался на пути? «Я с ним связалась!» Я не связывалась! Как будто это было добровольно или кто-то спрашивал моего желания.
– Можно, – милостиво разрешил он. – Только что-нибудь умное. Ну, или ласковое.
– Ты типа шутишь, да? – съязвила я. – Очень смешно. Кис-кис, это достаточно ласково?
Я ляпнула, прежде чем подумала. И тут же вжала голову в плечи от страха. Теперь точно оторвёт голову. Я бы на его месте так и сделала.
Но он рассмеялся. Направился к выходу.
– У тебя тормоза вообще есть? – спросил он как будто с интересом. – Как ты дожила ещё до своих лет? Без башни совсем.
– Твоими молитвами, – напомнила я ему в спину.
Он вдруг резко развернулся и уставился своим леденящим злым взглядом.
– Я всё-таки не советую испытывать моё терпение, – серьёзно сказал он, и я пообещала себе заткнуться.
Он подошёл к двери, схватил куртку и сказал:
– Я посмотрел квартиру, место меня всем устраивает. Поедем, я покажу тебе, каким путём ты будешь приходить в квартиру.
– Что, прямо сейчас?! – не поверила я ушам.
– Чего тянуть? – он подтолкнул меня к выходу.
– На чьей машине поедем? – поинтересовалась я, когда мы спустились.
– На твоей.
Зверь отправился к моей машине, и я нажала на кнопку снятия сигнализации. Он открыл дверцу, сел на пассажирское сидение. Повернулся ко мне в ожидании. Я досадливо покачала головой и села за руль. Как только захлопнула дверь, Алекс быстрым движением залез в бардачок и вынул ксерокопию книги. Даже не глядя, как будто был уверен, что листы там лежат. Обернулся ко мне.
Я отвела взгляд в сторону, но в истерику не бросилась. Чудовище схватил меня за шею и легонько приложил лицом к рулю.
– Больно же! – возмутилась я.
Больно не было, я понимала, что он даже и вполсилы не приложил. Так, легкое предупреждение. Но было жутко обидно. Я опять чуть не разревелась с обиды. Что он себе позволяет! Со мной нельзя так обращаться! Навязался на мою голову.
– Я это забираю. И считай это первым и последним предупреждением.
Когда он выходил из машины, я спросила:
– Что такого, если бы я прочитала? Я же уже знаю о тебе.
Он вернулся.
– Ты же сама сказала, что ничего там не поняла. Рано или поздно ты бы решила кому-то её показать. Одному, другому. И сразу бы привлекла внимание заинтересованных лиц. То есть отксерить тебе ума хватило, а до этого додуматься нет? А можешь ты поручиться за её сохранность в доме, где царит проходной двор и живёт толпа народу?
– Ты мою семью имеешь в виду? – оскорбилась я.
Он покачал головой и вышел из машины.
– Эй, ты хотел посмотреть квартиру, – напомнила я.
– Я тебя обманул. Поздно уже, темно. Езжай домой. Завтра.
Он быстрым шагом отправился домой.
Когда я, уставшая, заявилась домой, там царил шум и гам. Тётя Женя пыталась успокоить орущих друг на друга Варю и Шурку, тётя Света металась между ними и моим папой на кухне. Тот решил оторваться от работы и подкрепиться. Я быстренько разделась, зашла в комнату:
– Что за шум, а драки нет? – обратилась я, главным образом, к воинствующим.
Они одновременно закричали.
– Сейчас будет и драка! Если он не отдаст мне браслет! – тёмные локоны растрепались вокруг гневного лица, Варя была похожа на фурию.
– Опять я как всегда в чём-то виноват, – Шурка обращался ко мне.
– А что, не так что ли? – не могла угомониться Варя.
– Что случилось? – потребовала я объяснений.
Они говорили наперебой, из сонма обвинений, оправданий, невнятных объяснений, я вынесла следующее. Шурка попросил у Вари дать ему браслет, чтобы показать мастеру по тату изображение, которое было на нём. Чтобы сделать себе такую татуировку.
Надо сказать, что браслет был антикварным, он передавался из поколения в поколение дочерям по моей материнской линии. Я не знаю, скольким поколениям он принадлежал, тётя Света могла лишь сказать, что как минимум четырём.
Поскольку у моей бабушки было две дочери, их право на этот браслет было равноценно, и далее должно было передаться внучке. Но по каким-то причинам, которые тётя Света никак не могла до меня донести, браслетом сначала владела моя мама, потом он должен был передаться мне. Я считала, что с Варей у нас равные шансы, но опять же Светлана утверждала, что он только мой. Подробностей выпытать не могла, она уходил от ответа или несла вообще какую-то чушь. Вроде той, что если уж так случилось, что у меня нет мамы, пусть хоть мне браслет перейдёт. Бред какой-то.
