— Как твоё самочувствие, Ерофей? — спросил Старицкий, когда дворецкий покинул гостиную, закрыв за собой дверь.
— Благодарю, чувствую себя замечательно, — ответил я, делая глоток горячего, отдающего кардомоном кофе. — От вчерашнего срыва не осталось и следа.
— Переволновался?
— Можно сказать и так. Последний месяц выдался слишком… слишком активным, — согласился я. — А ваше заявление просто стало последней каплей, если можно так выразиться.
— Понимаю, — кивнул Старицкий и, в свою очередь, пригубив кофе, откинулся на спинку кресла. — Но сейчас, как я вижу, ты уже в порядке, да?
— Вполне, — пожал я плечами. — Выспался, успокоился, готов к продолжению беседы.
— Это замечательно, — вернув блюдце и чашку на столик, князь хлопнул в ладоши, и пространство вокруг на миг исказилось, пропуская через себя волну какого-то конструкта, мгновенно затянувшего стены радужной прозрачной плёнкой. Заметив мой взгляд, князь пояснил: — вообще-то, это защита от попыток подслушать или подсмотреть происходящее в комнате, но в данном случае, просто знак обитателям дома, чтобы не беспокоили без веской причины. Разговор у нас будет серьёзный… и долгий. Ты готов?
— Вполне, — ответил я.
— Славно-славно, — протянул Старицкий и ожёг меня пристальным взглядом. — Спокоен, сосредоточен и совершенно не удивлён, хотя не можешь не понимать, что беседа наша будет непростой.
— Я успел понять, что всё очень серьёзно, ещё вчера, когда мне представили кое-кого из гостей вашего дома, — заметил я. — И у меня было достаточно времени, чтобы… морально подготовиться.
— Хм, что ж, это хорошо, — протянул князь и неожиданно усмехнулся. — Хотя, честно говоря, я имел в виду несколько иное. Тайны, секреты, игры плаща и кинжала. В твоём возрасте это должно вызывать несколько иную реакцию, не находишь? Душевный подъём, любопытство… в конце концов, какой мальчишка не мечтает о приключениях?
— А, вот вы о чём, — я вздохнул. — Наверное, я вас разочарую, но приключений в моей жизни было более чем достаточно, и что они представляют собой на самом деле, я знаю очень хорошо. Настолько, что меня совершенно не тянет искать их на свою пятую точку.
— Весьма… разумно, — медленно произнёс Старицкий, не сводя с меня взгляда. — А для семнадцатилетнего юноши и вовсе мудро. И это не может не радовать. Меньше всего мне хотелось бы иметь дело с восторженным романтиком.
— А это обязательно? — спросил я.
— Что именно? — не понял князь.
— Я имею в виду, вам обязательно иметь дело со мной?
— К сожалению, да, — с почти незаметным вздохом кивнул мой собеседник и тут же поправился: — только не прими это на свой счёт. Я имею в виду сложившуюся ситуацию и проистекающие из неё проблемы вообще. Безотносительно к личностям, в эти проблемы втянутым.
— Я понял, Виталий Родионович, может быть хватит ходить вокруг да около и вы, всё же, начнёте тот разговор, которым меня так пугаете? — попросил я. Князь едва заметно усмехнулся и кивнул.
— Уговорил, — произнёс он и, чуть помолчав, заговорил вновь: — меня призвали в этот мир больше ста двадцати лет тому назад, если быть точным, то в семь тысяч триста девяносто восьмом году, по здешнему летоисчислению.
— Сто двадцать семь лет, — пробормотал я, ошеломлённо глядя на собеседника, которому на вид и шестидесяти не дать. Вот это сохранность!
— Удивлён? — правильно понял мой взгляд князь. — Я тоже был в шоке, когда узнал, что люди практикующие ментальные воздействия, живут чуть ли не втрое больше, чем мои бывшие соотечественники. И это не предел. Некоторые здешние "умельцы" уже третий век небо коптят. Сам таких встречал, так что знаю, о чём говорю. Правда, таких уникумов очень мало, сущий мизер, если честно, да и характер у таких долгожителей… м-м, не сахар, прямо скажем. Но об этом я могу тебе рассказать и позже, а пока не будем отклоняться от темы. Итак, как я и сказал, меня, как и тебя, призвали в этот мир сто двадцать семь лет тому назад. Кто? Волхвы. В России только они способны на такой фокус. Но в отличие от тебя, меня никто не спешил просвещать об этом факте. Собственно, о том, что в этот мир меня занесло не волей Вселенной, а воздействием бородатых умников из хольмградской волхвовской общины, я узнал почти случайно, и произошло это спустя добрый десяток лет после моего появления в этом мире.
— Вас это разозлило?
