"Примитивная жизнь - относительно частое явление, в отличие от разумной, которая весьма редка. Похоже, что она ещё не появилась на Земле"
Современный астроном совсем не похож на хрестоматийного сумасбродного и нелюдимого старика с клочковатой седой шевелюрой, ночи напролёт просиживающего за бронзовой трубой огромного телескопа. Нынче главный инструмент современного астронома - его компьютер. На компьютерах обсчитываются теоретические модели и обрабатываются данные экспериментов, компьютеры хранят базы данных и помогают искать в них нужную информацию легко и быстро. Ах, если бы они появились хоть на сколько-то лет раньше - сколько чудесных открытий не было бы пропущено?
Сейчас астрономы чаще работают не с картинками и туманными фотопластинками, а с таблицами и графиками. Нет, картинки тоже никуда не делись, но они просто как-то ушли на второй план... В телескопы теперь смотрят не люди, а машины, планомерно отрабатывая заложенные в них программы. Учёному остаётся только заглянуть в полученные данные, да подумать над выводами - к счастью, думать машины пока что не научились.
В общем, трудовые будни рядового работника астрономического фронта весьма рутинны и малоинтересны. Открытия совершаются редко, а яркие открытия и того реже. Большинству людей будет скучно читать типичную научную статью, даже если в ней будет описано что-то реально из ряда вон выходящее, и статьи по астрономии совсем не исключение. Но красивые картинки, как уже сказано, никуда не делись - публику они привлекают намного сильнее текстов, это невозможно не признать.
Компьютеры тоже на месте не стоят. Год от года повышаются объёмы памяти, растёт производительность, разрабатываются новые алгоритмы и прочая, прочая. То, что было практически неосуществимо ещё десять лет назад, сегодня становится просто заурядным. Новые вычислительные мощности дают возможность уточнять старые модели, вносить в них новые детали, обрабатывать всё большие объёмы данных и получать иногда совсем неожиданные результаты.
Впрочем, налогоплательщикам все эти неожиданности и необычности почти что недоступны - непонятные термины, сложные понятия, какие-то высокие материи где-то вдалеке. Астрономии, как любой фундаментальной науке, в таких условиях нелегко - её инструменты стоят очень дорого, а пресловутая практическая ценность добытых знаний невелика. Иногда даже отсутствует совсем. Ну какая польза дяде Васе (или дяде Джону, если хотите) от того, что какая-то там новая и уточнённая модель сверхновых звёзд позволяет не только лучше описать поведение умирающего светила, но даже предсказать тот момент, когда именно оно начнёт умирать? Да никакой пользы. Дяде Васе (или Джону) всё равно, что там происходит с далёкими звёздами - его это никак не касается и на его жизнь это никоим образом не влияет. Сверхновые звёзды не повышают удои, не изменяют курсы валют и не лечат от энуреза.
Сверхновые никому, кроме астрономов и физиков, не интересны.
До тех пор, пока не оказывается, что где-то совсем недалеко от нашей уютной планеты нам готовится большой сюрприз.
А началось всё примерно так.
Однажды несколько сотрудников обсерватории Коперника по давней традиции собрались вместе за обедом. Меню кафе2 не блистало роскошным разнообразием блюд, но при этом замечательно располагало к неторопливой беседе. Когда дело дошло до десерта с кофе, Лилит как бы невзначай упомянула, что нужен кто-нибудь, кто может незамыленным взглядом просмотреть результаты работы её группы, потому что там обнаружилось что-то странное.
Дело в том, что для любого настоящего учёного это самое "что-то странное" всегда выглядит подозрительно. Первым делом на ум приходят мысли о вкравшейся в данные ошибке. Затем, после проверки данных, учёный начинает думать о неверной методике или о сбое в вычислениях. Мысль об открытии приходит, как правило, последней - уже после того, как перебраны все остальные варианты объяснения наблюдаемого явления. Так же всё было и на этот раз. Никто не предполагал, чем обернётся "нечто странное", обнаружившееся в результатах обычного, в общем-то, астрометрического3 исследования.
Намазывая яблорничный4 джем на печенье, я заметил, что мог бы помочь, так как только что закончил своё исследование и теперь у меня есть возможность переключиться на что-то иное. Джерри5 очнулся от своих обычных размышлений и спросил:
- А кстати, что за исследование?
- Да ничего особо интересного, всё больше теория... Ты же знаешь - сверхновые, то-сё. Ещё немного уточнили одну нашу модель, в следующем "Вестнике" тиснем статью.
- Ах, да, ты рассказывал...
Взгляд Джерри вновь потерял фокус в нашей действительности.
- Ли, так что там у тебя такое "странное" нашлось?