Долгожданная космическая миссия за пределы внутренней солнечной системы, к которой готовились несколько лет, началась.
«Планета есть колыбель разума, но нельзя вечно жить в колыбели»
Константин Эдуардович Циолковский
Не так давно казалась, что человек ограничен только своей планетой, но человечество взрослеет, и негоже ему оставаться в своей «колыбели». Шаг за шагом, словно учась ходить, люди преодолевали все новые границы. И вот уже первый человек, Юрий Гагарин, совершил орбитальный полёт в космосе. Прошло не так много времени, и ещё шаг – первый представитель Земли, Нил Армстронг, ступил на Лунную поверхность. Шаг – и люди смогли создать постоянное местопребывание на орбите. Еще шаг – и одна за другой осуществляются миссии к Марсу и Венере. Вот такими большими и малыми шагами человечество пришло к моменту первой пилотируемой экспедиции во внешнюю часть солнечной системы. За пояс астероидов, к спутнику Юпитера, Европе. В ледяной мир, но с жидким океаном под поверхностью. И хотя Европа гораздо меньше Земли, даже немногим меньше Луны, количеством воды она не уступает, а, возможно, даже превосходит нашу планету. Самой интригующей была вероятность обнаружить внеземную жизнь.
Такая сложная во всех аспектах миссия была бы невозможна без полного международного сотрудничества. Роскосмос, НАСА, ЕКА, КНКУ и ещё с десяток подобных агентств – каждая организация внесла свой вклад в осуществление этого амбициозного проекта. И не стоит забывать и большой вклад частных космических компаний. Колоссальные вложения сил и средств позволили создать самый большой космический корабль в истории – «Вильям Биб», названный в честь исследователя-естествоиспытателя, который в 1934 году спустился глубоко под воду на батисфере и поведал всем, что «мир под водой не менее странен, чем на другой планете». Выбранное имя было символичным еще и потому, что помимо первой высадки в столь отдаленной точке солнечной системы планировалась попытка пробурить ледяной покров и добраться до Европейского океана. То, что до сих пор не удавалось ни одной автоматической станции.
«Вильям Биб» состоял из пяти модулей, каждый из которых по одному запускали в космос. Самый маленький – модуль управления, именно из него будет осуществляться контроль за всем кораблем и связь с Центром управления полетами. Центральный модуль планировался основным местом пребывания людей – здесь они будут спать, заниматься исследованиями, проводить досуг. По бокам от него, параллельно друг другу, пристыковывались грузовой – в нём находилось все необходимое для выживания: пища, вода, резервуары с воздухом и запасные детали, – и посадочный модули. На последнем предстояло опуститься на поверхность Европы, поэтому он нес богатый арсенал научной аппаратуры, важнейшей из которой считался тепловой бур. А замыкал эту конструкцию модуль с плазменными двигателями и ядерной энергодвигательной установкой мегаваттного класса.
Лучшие из лучших вошли в его экипаж. Астронавт Джерард Хаффман, командир корабля и пилот-механик; первый человек, ступивший на Марс. Космонавт Тимофеева Кира Сергеевна – второй пилот и геолог, первая россиянка на Луне, она непрерывно провела на ее орбите больше всех времени. Раумфарер Ханна Майнхардт, врач-биолог, участница первой высадки на астероид. Тайконавт Юнь Хонгки, химик и физик, один из первых, побывавших на орбите Венеры. Столь опытный экипаж, за плечами которого в совокупности двадцать три года, проведенных за пределами Земли, должен был справиться с этой сложной миссией.
Собранный по частям на орбите исполин сейчас подлетал к своей цели. Путешествие длилось уже один месяц, три недели и четыре дня. На этом этапе корабль совершал торможение для выхода на орбиту Юпитера.
– Приборы в норме, полёт продолжается в штатном режиме, – Кира проверяла показатели на экране управления, пролистывая страницы.
– Отлично. Давай ещё раз отработаем переход на ручное,– предложил Джерард.
– Всё переживаешь, что что-то пойдет не так? Давай, конечно, ещё раз проверим. – Она ткнула пальцем в угол экрана, – Вильям, переведи корабль на ручное управление, в тренировочный режим.
– Принято, – ответила система корабля мужским голосом.
На мониторе перед Джерардом появились требуемая программа.
– Я надеюсь, это не понадобится, но после того, как в моем полете на Марс отказала автоматика, мне пришлось брать управление на себя. И если бы не получилось… даже думать об этом не хочу.
– Да, ты прав. Ладно, я пойду – время заняться упражнениями, – Кира расстегнула ремни и, паря в невесомости, отправилась в центральный модуль. А Джерард остался проводить проверку. Через пару минут Вильям объявил, что проблем не обнаружено. Астронавт решил на этом не останавливаться и прогнать в тестовом режиме остальные системы.
