Но тут разверзлась преисподняя. Дэву показалось, что у основания гребня огромный круглый лоскут грунта, не меньше сотни метров в поперечнике, начал медленно погружаться в лоно земли. Толстая подушка посадочной площадки – слишком прочная, чтобы расколоться, некоторое время балансировала на краю разверзшейся пропасти, а затем, когда горная порода, на которой она лежала, расплавилась, рухнула вниз. За ней в бездну последовала одна из цистерн с горючим, потом другая, увлекая за собой звенья разбитой арматуры и креплений. Дэв метнулся в сторону, чтобы найти укрытие за уцелевшей секцией оборонных укреплений. Кратер заполнился дымом, поднимавшимся из относительно маленького центрального ядра. Провал продолжал расширяться и углубляться, все новые и новые рогановские строения низвергались в шахту.
Дэв, чтобы рассмотреть, что скрывается за плотной пеленой белого дыма в глубине кратера, переключился на инфракрасное видение. Дым был горячим, но центральное ядро, откуда происходил выброс, источало еще больше тепла. Оно представлялось ему в виде ослепительно белого пятна на фоне менее горячих красных и оранжевых тонов. Дэв подошвами ног ощутил взрыв, потрясший землю, и «Полководец», потеряв равновесие, рухнул на камни. Раздавшийся вслед нутряной гул, вопль разъяренной земли и скал, был оглушительным, несмотря на попытку ИИ страйдера снизить уровень шума, чтобы не повредить барабанные перепонки Дэва. На бронированный корпус Дэва обрушился град раскаленных камней и песка. Земля под ним сотрясалась и ходила ходуном. Когда Дэв повернулся на бок, он увидел язык пылающей лавы, пробивающей себе путь в дне кратера. Раскаленная добела, как виделось ему в инфракрасном свете, в туманном мареве лава приобрела тусклый оранжевый цвет с вкраплениями черных и красных искр, когда он переключился на нормальное зрение.
– "Тор-два"! – вызывал Дэв. – «Тор-два»! Ответьте!
Но лазерная связь была утрачена, непреодолимым препятствием на пути лазерного луча встала дымовая завеса и облако поднявшегося в воздух пепла. Наносчет тоже начал увеличиваться… он достиг отметки ноль целых пятьдесят пять сотых и продолжал расти. Туман перевалил через край кратера. Стелясь по земле, он быстро окутывал уцелевшие строения базы. Под его воздействием они начали размягчаться и плавиться, словно инопланетный алхимик отчаянно желал снова обратить их в камень и грязь, из которых они были воздвигнуты.
Тем временем в самом центре светопреставления стали появляться они. Сначала Дэву показалось, что он увидел какой-то новый, незнакомый ему вид машин неведомого ему класса. Но эти зазубренные структуры с острыми краями, поднимавшиеся со дна кратера, больше походили на живые кристаллы. Некоторые из них были черными, другие сверкали перламутром и серебром. Они торчали из шахты, уткнувшись в низкое пасмурное небо, подобно зубам и клыкам невероятного чудовища, которое оставалось невидимым, окутанное туманом. Было ли это некими сооружениями… или, может быть, каким-то новым оружием? В белых клубах тумана мерцали, переливаясь, вспышки света. Такие отблески могла бы отбрасывать гигантская топка сталеплавильни или горнило кузни.
Дэв проверил состояние систем. ИИ страйдера уже позаботился о том, чтобы нанопокрытие придало ему окраску полуразрушенной крепостной стены, возле которой он укрывался. Но поскольку изрядная площадь его брони была разъедена коррозией, оказалась замаскированной менее половины поверхности. Сохраняя неподвижность, он мог оставаться незамеченным, хотя бы некоторое время прикидываясь выведенной из строя боевой единицей в ряду многих других, которыми была усеяна горная гряда. Наносчет достиг отметки ноль целых шестьдесят семь сотых. Дэв прикинул, что он сможет выдерживать атаку молекулярной артиллерии на протяжении десяти минут, и решил оставаться на месте.
Но, черт, что происходит внизу? Сначала он решил, что видит какую-то строительную конструкцию, хотя это предположение могло быть весьма далеким от истины. Если принять во внимание тот факт, что ничего не было известно ни о мотивах поступков ксенов, ни об их науке, ни о способе их мышления, его догадка могла быть совершенно неверной.
Однако, что бы это ни было такое, оно в корне отличалось от всего виденного раньше. Безусловно, военное командование Гегемонии захотело бы рассмотреть это более детально и с более близкого расстояния. ИИ его машины автоматически осуществлял запись всего увиденного и услышанного, фиксировал каждое движение и ощущение. Если бы ему удалось хотя бы на мгновенье связаться с аэрокосмолетом, то он смог бы передать его бортовому ИИ полученные данные. Позже с помощью виртуальной реальности с ними сможет ознакомиться секретная служба Гегвоенкома. Конечно, при условии, что через несколько минут Дэв не расплавится и не канет в небытие вместе с другим хламом, оставшимся от разрушенных объектов, произведенных когда-то усилиями человека, что густо усеивали склон холма.
