— Вот и получилось, что формально вам оказали полноценную помощь, и раз после неё вы остались калекой, то программа вывела вас в отставку. Официально военных действий мы сейчас ни с кем не ведём, значит программа вполне обоснованно вас забраковала и не оставила никаких льгот.
Девушка подтянула к себе пакет с какао и разгрызла один боб. Она внимательно следила за эмоциями Игараси и с горечью понимала, что раньше он даже не задумывался о том, как работают все эти программы.
Он летал, компьютер считал вылеты, без обмана распределял часы отдыха, зарплату… Программа была безупречным другом! А дальше шок и слова трибуна о том, что Игараси − калека-отставник. И все последующие события стали нескончаемым шоком!
— Вы не отслужили в космосе минимальных тридцати лет, чтобы рассчитывать на какие-либо льготы, формально вы пострадали по собственной оплошности, вам была оказана помощь, но вы не изволили выздороветь, в чём оказались вновь виноваты. Программа − не человек, она действует по определенному алгоритму, − поясняла Шайя, чувствуя, что понимание ситуации и выяснение деталей необходимы этому мужчине.
— Из-за вашего эмоционального и физического состояния тестовая программа не смогла адекватно определить ваше будущее, и вы получили статус бесперспективного работника, а проще − безработного, в котором планета не нуждается. Всё! Замкнутый круг из-за кучи формальностей! — девушка хлопнула в ладоши, ставя точку в неприятной части разговора и сразу улыбнулась, продолжая: — Но есть прямо противоположная куча формальностей, благодаря которой я помогу вам вылечиться, выучиться и вернуться под крыло военного ведомства!
Шайя поднялась, предлагая господину Игараси тоже подняться:
— Так что ваши спокойные, наполненные страданием дни остались позади. Завтра я жду вашего ответа и исходя из него составлю вам ваш жизненный план до того момента, как вы будете приняты на работу. Задача ясна? — весело рявкнула Шайя.
— Так точно, − выпалил мужчина.
В его глазах плескалось смятение.
Ему требовалась передышка, чтобы принять новую реальность и сжиться с ней. Своё будущее, обиду на врачей, подозрение непонятно в чём трибуна, товарищей… они все были рядом, а он не мог принять их помощь, терзаемый разочарованием, непониманием…
— Ну что ж, жду вас завтра в это же время! — Шайя вглядывалась в него, боясь пропустить что-нибудь плохое, но мужчина кивнул и, расправив плечи, вышел, попав в руки караулившего товарища. А она готова была горы свернуть, только бы оправдать его взгляд, полный надежды.
На всякий случай девушка краем глаза ещё раз пробежалась по списку нуждающихся в срочной помощи, стараясь уловить тревогу, но следующих пациентов можно было отложить до завтра.
Это было хорошо, просто замечательно!
Ей требовалось успокоиться, восстановить душевное равновесие и включиться в режим «пробивной тётки»! Этот настрой помогал просматривать разную информацию не с целью общего образования, а отлавливал нюансы, которые можно эксплуатировать с выгодой. В данном случае для Игараси.
Время летело незаметно, и Шайя уже сделала достаточно пометок, чтобы можно было воплотить задуманное. Более того, вся собранная ею информация поможет увереннее что-то обещать следующим подопечным, и это радовало. Оставалось ещё много работы, которую она должна проделать сегодня же, но её прервала гостья.
— Здравствуйте, — поприветствовала Шайю девушка, которой она разрешила войти. — Я Саоми, работаю здесь бактериологом.
— Очень приятно, Саоми. Я Шайя Ниярди, прогнозист по перепрофилированию.
Шайя прятала своё недовольство тем, что её отвлекли от работы, и старалась показать себя приветливой, но гостья ей не понравилась.
На вид ей около двадцати пяти, да и сам вид девушки был привлекательным. Саоми явно знала себе цену, и сложно было бы не согласиться с этим. Высокая статная брюнетка с нежно-фиолетовыми глазами, высокими породистыми скулами индейской принцессы, что было необычно для алайянки, красивыми мягко изогнутыми губами, привлекающими взгляд цветом и формой. Плюс ко всему уверенный дерзкий взгляд, готовность отстаивать своё мнение, сила духа.
Шайя выжидающе посмотрела на девушку, пытаясь сообразить, что же её в ней настораживает.
— Никогда не слышала о такой профессии, — немного с претензией произнесла Саоми, разочарованная сдержанной встречей. Новенькая осталась сидеть за столом, закрывая информационные окна на экране рабочей панели, скрытничая.
Шайя изобразила мимикой раскаяние о том, что гостье не довелось ранее слышать о её занятии, а та окинув взглядом пустой кабинет, прислонилась спиной к стеллажам и, сложив руки на груди, оценивающим взглядом вернулась к новой хозяйке помещения.
Это было невежливо и демонстративно-вызывающе. Однако Саоми быстро состроила задумчивую мордашку, которой Шайя не поверила бы, если не обратила бы внимание на тревогу в глазах девушки.
— Я пришла из-за Игараси, — глухо произнесла она − и вот тут Шайя откровенно удивилась.
