- Герыч! Первым будешь? -крикнула она так, что ее звонкий голос было слышно по всему дому.
Смерив потерявшего дар речи любовника насмешливым взглядом, она снова повысила голос:
- Я думаю, нам будет весело. Эй, кто там, в лакейской, сволочи?! Поставьте «Линкольн» на лужайку перед домом! Сию же минуту!
У Померанского отвалилась челюсть, полная хищных фарфоровых зубов.
- Как отлично, что я сегодня надела красивый комплект белья, -деловито прощебетала Симочка, расчесывая перед зеркалом свои роскошные волосы, точно торопилась опоздать на премьеру любимого спектакля.
В глазах старого мафиози зажглось восхищение. Черт возьми, ну и характер. Попробуй, обломай такую.
- Что ты на меня так вылупился, старая плесень? -налетела на него Сима. - Объявил, так пошли. Ты что думаешь, я от страха описалась и в ногах у тебя ползать буду? Тоже мне, властелин судеб! Плевать мне на вашего паршивого императора, месье, как сказала моя прапрабабушка, когда ее изнасиловали наполеоновские солдаты. До императора тебе далеко, даже и тужиться не пробуй. Давай, давай, отрывай задницу от ампира и топай ножками, не нести же мне тебя.
Пауза. Пыхтение в прихожей смолкло - охрана боялась пропустить хоть слово.
- Идем! И не порть мне праздник, олух мафиозный! Ну же!
В прихожей уже не хрюкали, стонали жалобно.
Померанский только головой мотал, отбиваясь от тащившей его за рукав Симы.
- Что такое? -остановилась она и нависла над скорчившимся в кресле поклонником, уперев руки в бока - точь-в-точь картина - барыня принимает оброк у провинившихся крестьян. Слова вылетали из нее, как пули из «Калашникова» при стрельбе очередями:
- Ну?! Чего присох? Ревматизм? Паралич? Понос? Как хочешь. Лично я не хочу пропустить. Это мое шоу!
Старый бандит сипел и синел, в прихожей тоже кто-то с хрипами и всхлипами отходил в мир иной.
В общем- то она почти победила. Но, старый шулер, он всегда держал последний козырь при себе.
- Ладно, -сказал он. - Не знал, что женщины княжеского рода ругаются такими словами.
- Такими словами женщины любого рода кроют таких вот отмоченных старых писунов, как ты!
- О'кей! Но ты не против, чтоб на твоем шоу был еще кое-кто из зрителей? Как насчет одной старой знакомой? Только не говори, что ты ее не знаешь, дорогая моя, -ехидно предупредил он и дал кому-то едва заметный знак.
Увидев новое лицо, Сима без сил упала в кресло.
Где- то на самом верху многоэтажной башни лифт басовито крякнул и, повинуясь легонькому нажатию кнопки, пошел вниз.
- Привет! -шепнула ему Алла, когда он через щель в дверях мелькнул огнями мимо нее.
- Привези мне ее, -напутствовала она механизм, как своего сообщника.
И это сработало. В возвращающемся лифте отчетливо постукивали дамские каблучки. Видимо, дамочка изрядно замерзла и притоптывала, стараясь согреть ножки.
- Шестой, седьмой… -отсчитывала Алла преодолеваемые лифтом этажи, на пружинившись, как волчица в засаде.
Чутье подсказывало ей - вот она, ненавистная жертва. Она вынула из кармана шприц и сняла колпачок с иглы. Сейчас! Сейчас! Ну, где же?
- Эй! Кто-нибудь! -заверещал внизу противный женский голос. - Кто-нибудь, суки долбаные, вызовите монтера!
Лифт застрял. Не подозревая, что железная клетка спасла ей жизнь, Лизочка Волынова крыла лифт, дом, жильцов, жилуправление, мэрию, правительство и Организацию Объединенных Наций трехэтажным матом.
Сочувствующие соседи поспешили присоединиться к митингу. Алла тихо чертыхнулась, заботливо упрятала иглу в пластмассовый футляр и поспешила ретироваться. Злобе ее не было границ. Такой маскарад пропал зря! Ну, ничего, ничего. Не сегодня, так завтра она доберется до этой сладкой семейки. Ха!
