– Э! – раздраженно отмахнулся Кир. – Все, что нельзя описать тремя словами, можно смело выкидывать на помойку.
Ли подался к нему, пытаясь сказать что-то еще, но Кир, обретя непроницаемое выражение, перебил его.
– Ты же мне друг, Ли? – вкрадчиво спросил он. – Ты бы не стал предлагать своему другу сделать то, что может погубить его душу?
Испугавшись, Ли взялся за кружку и промолчал. Не имел желания продолжать тему и Кир.
Поздним вечером они возвращались, оставив случайные знакомства в дешевых номерах, где находили кратковременное продолжение многие встречи, случавшиеся в Апартаментах Камилло. По дороге домой они учили друг друга песням своего юношества. Оба были довольны общением, забыв о его деталях. Ли, всхлипнув без повода, заявил: «Кир, да ты просто святой!» – «Да, – торжественно согласился тот, – я святой, как куриный бульон с похмелья!».
В алькове неподалеку от входа в Порт они застали Саймо с девушкой. Та улыбнулась им, а они не наставали на приглашении к столу, остановившись лишь для приветствия. Но отчего-то командир посуровел с их появлением и тяжело посмотрел на Ли.
– Командир, ты чего, ты чего, на дюймовую трубу, что ли, сел?
– Следи за тем, что говоришь, – холодно произнес Саймо. – Мы тут не на дружеской посиделке.
– Ну да, на дружеской посиделке ты, кажется, вообще меня прикончить хотел, – обиженно напомнил Ли.
Его слова смягчили Саймо.
– Нет, Ли, не хотел. Я хотел, чтобы ты вел себя нормально. Как человек в мире, где от человека осталось немного.
Ли изучающе глядел ему в глаза, пока некое осмысление не достигло его. Он серьезно кивнул и, как гонимый, пошел прочь.
– Он сам решит, – бросил вдогонку Саймо.
Кир растеряно уставился на командира. Тот отвечал отстраненно-выжидающим взором, каким смотрят на приятного, но припозднившегося гостя.
– О чем вы? – непонимающе спросил Кир. – Кто решит?
– Ну конечно ты, Кир, – приязненно ответил Саймо. – Кто у нас спаситель Шайкаци? Только выбери так, чтобы все было хорошо, ладно?
Кир немного потоптался перед их столом, пока пьяная голова не качнулась к Порту. Следовало расспросить Ли завтра, смутно подумал он.
Однако шедшая своим чередом рутина быстро лишила это намерение вчерашней важности. Разминка, тренировка, боевая подготовка на симуляторе в тире, занятия с инструктором. Кир с трудом вспоминал, как может иначе проходить его жизнь, если не по распорядку «Первых людей». За ужином состоялось последнее обсуждение миссии перед завтрашним выходом. Впрочем, ценной информации не появилось.
Отпустив команду, Саймо задержал Кира и протестировал его на знание местности и отработанной днем тактики. Новобранец, серьезно отнесшийся к своим обязанности, справился почти без ошибок.
Пока длился экзамен, остальные успели разбрестись по своим компаниям, и Кир, заскучав, решил, что пора принять предложение жены Будера.
Жили они в отеле напротив Порта. Кир прошел через сумрачный холл, очерченный фонариками с проспекта, и поднялся по лестнице к единственному освещенному проему. Обитаемый этаж питал притащенный откуда-то аварийный генератор. Мягко горели у дверей бра, рассветая над коридором.
Кир нашел нужную комнату и постучался. Открыл ему один из отпрысков Будера, тут же восторженно уставившийся на кинжал. «Только если разрешит мама», – строго сказал разведчик. Но та все внимание уделила гостю. Всплеснув руками от радости, она, в забывшейся через минуту последовательности, возможно, в единую точку времени, выразила признательность за его прибытие, объявила об имевшихся в кухне блюдах, отцепила от вошедшего сыновей, что-то рассказала о семейных делах, передала какие-то слова Будера и, взяв за руку, проводила к столу.
Главу семейства Кир застал за чаепитием и, пережив атаку радушными предложениями, настоял на том, что лишь присоединится к этой скромной церемонии. Этим он страшно разочаровал жену Будера, указавшую на дурное влияние Саймо. Будер, продолжавший с улыбкой задумчиво кивать всему, что происходило, под ее строгим взглядом решительно согласился с обвинением.
Кир оглядел квартиру. Как-то удалось из этого выхолощенного помещения, предназначенного для тех, кто искал краткий приют после выхода из порта, создать уютное обиталище. Мысли его теплели, когда он отмечал признаки дома, заселенного с душой: от безделиц на полках до доносившегося с кухни запаха хранимого там огня.
– У вас уютно, – с удовольствием сказал Кир.
– Ну, конец света не повод отказаться от уюта, – строго отметила жена Будера.
Чайная беседа протекала по своему неспешному, умиротворяющему руслу. Кир расспрашивал их о прежних временах и до сих пор как открытие принимал ту идею, что Шайкаци когда-либо была местом, имеющим будущее. Он застал осколок, брошенный в космосе и зажатый ужасом, но местные знали, от чего этот осколок и старались вернуть утраченное. Здесь была любимая игровая площадка ребят Будера. Здесь был «Молочный бар Джо», куда многие любили ходить всей семьей. Была достойная работа, крепкая бригада и планы, связанные с этим портом. Официант, который знал, какое вино предпочитает Будер с женой.
