— Может вас усилить ротой или сотней казаков? — предложил Шувалов.
— Думаю это лишнее. От них больше проблем чем помощи.
— Хорошо, сотник, готовьтесь к рейду, а я постараюсь оперативно решить вопрос усиления Романовки двумя ротами солдат и артиллерийской батареей. Большего обещать пока не могу.
— Хочу доложить вам господин капитан не большую, но, на мой взгляд, важную сплетню. Хайбула происходит из знатного рода, что-то похожее на наше дворянство, а Абдулах-амин из простолюдинов. В свете прошлогодних успехов Хайбулы у него становится всё больше сторонников, особенно среди знати. Такой поворот событий очень мешает Абдулах-амину укрепить свою власть. Хайбулу же не устраивает пост наиба Абдулах-амина. Говорят, Хайбула предлагал Абдулах-амину разделить власть на духовную и светскую. Абдулах-амин категорически отверг это предложение, мотивируя тем, что вновь создаваемое мусульманское государство пострадает от разделения власти и только единая, сильная, поможет ему выиграть войну с неверными. Начинается банальная борьба за первенство и влияние, как в любом нормальном государстве.- выдохнул я от длинного монолога.
Неожиданно генерал спросил: — Пётр Алексеевич, а вы не задумывались о поступлении в Академию генерального штаба?
— Нет, ваше превосходительство, не до этого как-то.
— Если надумаете, то можете смело рассчитывать на мою рекомендацию.
— Думаю, не решусь, ваше превосходительство, слишком малым багажом знаний обладаю и с иностранными языками не очень. Приходится учить черкесский, а не совершенствовать французский.
К разговору подключился Шувалов.
— Не скажите, Пётр Алексеевич, помню вашу блестящую сдачу экзаменов в кадетском корпусе, уверен, что при дополнительной подготовке вы сможете выдержать экзамен. Поверьте мне, как человеку прошедшему обучение в Академии.
— Не буду загадывать на перёд, как сложится, так и будет. Разрешите идти.
— Идите сотник, бог вам в помощь.
Следующий мой визит был к Комову.
— Пётр Алексеевич, рад, какими судьбами или по делу?
— По делу, Артемий Демьянович, продайте мне 700 пудов пшеницы.
Комов задумался, в нем боролись купец и благодарный отец.
— Вы не сомневайтесь, Артемий Демьянович, я оплачу звонкой монетой, назовите цену.
— Рубль и семьдесят копеек за пять пудов, простите великодушно, но, ниже не могу, совсем малая наценка.
— Рубль восемьдесят копеек Вас устроит.
— Вполне, Пётр Алексеевич, может отобедаете.
Извините, Артемий Демьянович, служба. Еще раз благодарю вас, отправьте обоз по тому же адресу. Достал из сумки три мешочка с серебром. Отсчитайте нужную сумму. Комов профессионально быстро отсчитал и вернул мешочек с остатками рублей.
Я был в повседневной полковой форме с орденами. Смотрелся солидно и презентабельно. Комов оценил. Мало офицеров в столь молодом возрасте имеют ордена, да ещё два.
Хотелось быстрее завершить дела и уехать домой, но ко мне пришёл Самвел с приглашением от Ашота. Как он узнает о моем прибытии в город я так и не мог догадаться, а Ашот молча улыбался и разводил руками. Пришлось навестить друга.
— Здравствуй дорогой, проходи. Вай, совсем не хорошо поступаешь. Хотел уехать не навестив меня. Разве я сделал плохое, что ты не хочешь видеть меня.
— Будет, Ашот, ты хочешь сообщить мне что-то важное.
— Не понимаешь ты, Пётр, тонкости общения на Кавказе, поскучнел Ашот. Ладно, покушай сначала, пока аппетит не испортил тебе.
— Ты про набег хочешь сказать.
— Вай, Пётр джан, откуда знаешь?
— Сорока на хвосте принесла. Рассказывай.
— Хайбула, хочет этим летом послать тысячу всадников через перевал к вам. Дорогу уже расчистили, совсем немного осталось. Её охраняют воины из селений, которые находятся рядом с дорогой, около трёх сотен. В селении Мехо сидит Гефул, посланник Хайбулы, с десятком воинов. Гефул, аварец, близкий помощник Хайбулы. Он говорит, что все мужчины должны вступить в его отряды, те кто не присягнет Хайбуле, как наибу Абдулах-амина, будут считаться изменниками и поплатятся за это.
— Вот это информация, очень важная и главное очень вовремя.
Я сидел и спокойно слушал Ашота, не подавая вида, что меня крайне заинтересовала его информация.
— Я многое знаю из того, что ты рассказал. Но кое-что ценное ты сообщил, благодарю тебя. Ты переживаешь за последнюю спокойную тропу и не хочешь потерять её.
— Ты умный, Пётр, за что я тебя уважаю и ценю. Что еще ты хочешь знать.
— Когда они собираются идти к нам?
Наверно к середине июня, но это не точно. Хайбуле стало трудно воевать на той стороне. Русские не идут в горы, но их стало много на линии. И самое, главное, у них есть пушки. Он не может поднять восстание среди черкесов. Многие из них не хотят воевать за Абдулах-амина, поэтому он стремиться попасть сюда, чтобы нападать на вас. Вы будете нападать на черкесов и так они втянуться в войну с вами.
Ашот, умница, как четко и просто описал политическую обстановку и все расклады, которые будут происходить, естественно пострадает его бизнес. Он и так серьёзно просел. Ты хочешь, чтобы я защитил твоё дело, Ашот.
— Да, Пётр, я много теряю из-за войны. Караваны маленькие, охрана большая.
