Мара засмеялась и немного успокоилась.
— А как мне называть твоих родителей?
— Сначала, папа, ваше сиятельство или Владимир Александрович, Маман, ваше сиятельство или Анна Васильевна, потом, после свадьбы, батюшка и матушка, как получится.
После таких разговоров я сам стал задумываться и волноваться, а вдруг так получится, что родители откажутся принимать Марэ и не дадут благословения на брак. Уедем обратно.
— Точно, так и сделаю.- решил я и успокоился. Уже перед самым Петербургом, на полустанке, я переоделся в парадку, а Марэ надела платье. Мы въехали в Петербург и столкнулись с проблемой, Захар не знал куда править.
— Саня, найди извозчика и скажи, особняк князей Долгоруких на Литейной. Пусть едет впереди и показывает дорогу. Саня вернулся и извозчик поехал перед нами, постоянно оглядываясь. Не знаю, что ему сказал Саня, но лицо его было испуганным. Как я и ожидал, случилась самая для нас неудачная ситуация. Мы подъехали в тот момент, когда у входа стояло два экипажа. Видимо гости разъезжались по домам, а тут мы. Большая карета с необычными колесами в сопровождении шести всадников в бурках и башлыках, с суровыми лицами и при оружии. Как я понял разъезжаться никто не собирался, в вестибюле все с интересом ожидали что бы увидеть, кто приехал и тут Захар крикнул кучерам двух карет.
— Чего зенки вылупили, давай, сторонись, убогие, князь домой приехал.
Из дверей вышел наш дворецкий Парфирий. Я вышел из кареты в бурке и пластунке из черного каракуля, подал руку Маре, которая была в плаще, капюшон закрывал лицо, проследовал к входу.
Парфирий преградивший дорогу узнал меня.
Батюшки, Андрей Владимирович!
— Здравствуй Парфирий, что за празднование?
— Так князь Гагарин со своим семейством и граф Васильев со своей внучкой изволили пожаловать, на званый ужин. Его сиятельство Владимир Николаевич пригласили.
— Ну, Парфирий, открывай двери.
— Простите ваше сиятельство, растерялся от неожиданности. Слуга широко раскрыл двери. Я с Марой, под руку, вошёл в ярко освещённый вестибюль. В вестибюле стояли, всё семейство Гагариных и граф Васильев с внучкой Екатериной, одетые и готовые к выходу. Я сбросил бурку на руки Сане и предстал во всей красе. Парадная форма, наградная шашка с анненским темляком, пластунка сдвинута на бекрень, всё, как положено хорунжему пластунской сотни. Первой, кто узнал меня и отошёл от растерянности, это маменька.
— Андрюша, боже мой, приехал, — кинулась обнимать меня.
— Здравствуйте, маменька, успокойтесь, всё хорошо.
Подошел оживший отец.
— Здравствуй сын.
Мы обнялись и расцеловались с ним.
— Как-то всё неожиданно, Андрей, мог бы предупредить.
— Так сложились обстоятельства папа.
Пришли в движение гости, стоявшие до этого молчаливыми зрителями.
— С приездом, Андрей Владимирович.- раздались приветственные возгласы.
— Папа, маман, позвольте познакомить вас с моей невестой.
Я помог Марэ снять плащ и она предстала во всём, своём великолепии.
— Княжна, Марэ Баташева.
Воцарилась тишина, которая длилась с минуту. Марэ стояла с поднятой головой и опущенным взором, как бы давая рассмотреть всю себя. Родители и гости смотрели на неё, некоторые с открытыми ртами, сын князя Гагарина, потенциальный жених моей сестры Натальи.
Позволив всем насмотреться, Марэ подняла свои огромные глаза и сосредоточив взгляд на родителях приложила правую руку к сердцу, глубоко поклонилась им.
— Здравствуйте, ваше сиятельства. — и снова выпрямилась.
Наталья не выдержала и хлопнув в ладоши воскликнула.
— Маман, она как шемаханская принцесса.
Родители продолжали стоять и растерянно смотреть на Марэ.
— Поздравляю вас, Андрей Владимирович, знатную невесту нашли, в пору позавидовать вам.
Граф Васильев был давним товарищем отца и в своё время служил в иностранном департаменте. Долгое время был помощником посла в Персии, потом послом в Турции и понимал толк в восточной красоте.
— Позвольте откланяться Владимир Николаевич, у вас такая радость. Катерина, пойдём.
Они вышли на улицу. Засобирались и Гагарины. Князю пришлось подтолкнуть сын, чтобы он пришел в себя. Что вызвало смешки у Натальи.
Гости разошлись, остались только члены семьи.
— Папа, позвольте разместить моих людей. Мы очень долго в дороге, они постоянно верхом.
— Да, конечно, Парфирий, распорядись.
Отец как-то странно посмотрел на меня.
Пришла в себя и маман.
— Наталья, проводи княжну и её служанку в гостевые комнаты.
И тоже посмотрела на меня выразительно и без одобрения.
— Ну, что ж, пойдем в гостиную, жених. Глафира, распорядись насчёт ужина для князя Андрея и гостей.
Мы поднялись в малую гостиную и когда родители сели я продолжал стоять ожидая разрешение отца, который в очередной раз с удивлением посмотрел на меня.
— Ты, изменился, Андрей.- протянул он задумчиво.
— Надеюсь в лучшую сторону, папа.
— Присаживайся и объясни наконец, что всё это значит. Глафира с ужасом говорит, что с тобой приехали какие-то казаки, головорезы, напугали всю прислугу.
Я улыбнулся, опять бойцы шутят. Хотя лица у них действительно не добрые.
— Маман, это мои бойцы сопровождения. На дорогах не спокойно, командир разрешил взять охрану.
