– Операция, на которую летите, находится под личным контролем президента, – вещал полковник. – Тылы вам будут прикрывать ребята из внешней разведки, которые, судя по всему, тоже уже начали работать. Связь с ними держите посредством смартфонов, которые после окончания операции уничтожьте. Объект, против которого предстоит работать, – беглый дипломат, который стремится выбраться в Штаты. Этого допустить нельзя, поскольку он носитель государственных секретов, да еще к тому же и убийца. Но работать надо чисто, без насилия: объект должен быть возвращен в Москву в целости и сохранности. Выполните операцию без сучка и задоринки – можете смело делать дырки в своих пиджаках для орденов. Я себе такую дырку уже сделал.
Сказав это, полковник улыбнулся, вызвав ответные улыбки со стороны своих попутчиков. Эта шутка им понравилась, а лучшего напутствия им в этот момент было и не надо.
Пока самолет из Пскова летел, рейс из Москвы приземлился в аэропорту Риги без пяти минут четыре. Спустя десять минут Вишнев и Коламбус оказались в зоне ожидания, где к ним подошли четверо мужчин, которые узнали их по фотографиям, присланным из штаб-квартиры ЦРУ в Лэнгли. Один из них, самый рослый, представился:
– Ивар Лайманис, офицер Бюро по защите Сатверсме, – мужчина говорил по-английски с легким прибалтийским акцентом. – Господа, мы присланы к вам, чтобы обеспечить вашу безопасность на время вашего короткого пребывания на нашей гостеприимной земле.
Обменявшись друг с другом взглядами, Вишнев и Коламбус застыли как вкопанные. Несмотря на то что еще несколько минут назад они радовались тому, что оказались на территории Латвии, теперь они насторожились: слишком неожиданным было появление этих людей. К тому же об их появлении беглецов никто не предупреждал.
Уловив во взглядах прибывших тревогу, Лайманис попытался их успокоить:
– Вам не надо бояться, господа, мы действительно те, кем представились. Вот мое служебное удостоверение, – и он протянул гостям свою «корочку», вынутую из внутреннего кармана пиджака.
Вишнев открыл удостоверение, внимательно его прочитал и сверил фотографию с оригиналом. После чего вернул документ его обладателю.
– Вам действительно не стоит нас опасаться, – пряча удостоверение, произнес Лайманис. – Если бы мы были русскими контрразведчиками, мы бы вряд ли позволили вам улететь столь далеко – взяли бы гораздо раньше.
– Резонно, – ответил Вишнев и впервые за это время улыбнулся.
– У вас в запасе есть целый час, который вы можете использовать по собственному усмотрению, – сообщил Лайманис.
– В таком случае нам бы хотелось чего-нибудь перекусить и заодно выпить за наше счастливое освобождение, – это в разговор вступил Коламбус. – Тем более что мой компаньон еще в самолете пообещал угостить меня выпивкой.
– Я полагаю, что с выпивкой стоит повременить, ведь вам предстоит еще один перелет, – возразил американцу Лайманис. – Лучше выпейте пива, оно в местном баре очень хорошее, баварское.
– Уговорили, пусть будет пиво, – с радостью согласился Коламбус, который чертовски проголодался в связи со всеми треволнениями, которые выпали на их долю сегодня.
– Я надеюсь, мне можно будет нормально поесть, не боясь нарушить грим? – спросил у компаньона Вишнев, когда контрразведчики повели их на второй этаж, в один из тамошних баров. – Я чертовски проголодался.
– Не бойтесь, в крайнем случае я всегда найду способ исправить недочеты в вашей внешности, – похлопывая дипломата по плечу, ответил Коламбус.
В баре они заказали себе несколько салатов, вареный картофель с беконом, жареные колбаски и баварское пиво, которое и в самом деле оказалось высокого качества. Причем в то время, как гости налегали на еду и выпивку, их охрана заняла места за соседним столиком и заказала себе всего лишь апельсиновый сок.
В разгар трапезы по громкой связи приятный женский голос сообщил пассажирам, что самолет компании «Люфтганза», следующий рейсом Рига – Афины, задержится с вылетом на час. Объявление закончилось обычным в таких случаях пассажем: «Приносим извинения за доставленные неудобства». Увлеченные едой, Вишнев и Коламбус даже не обратили внимания на это объявление. Но его услышали контрразведчики. Лейманис подошел к столику и спросил:
– Вы слышали, что вас рейс задерживается еще на час?
Вишнев оторвался от тарелки с едой и отреагировал весьма спокойно:
– Учитывая тот теплый прием, который вы нам обеспечили, мы готовы остаться у вас хоть до утра.
Лайманис в ответ улыбнулся, хотя в душе проклинал работников аэропорта за эту задержку. Ему хотелось поскорее посадить нежданно свалившихся на его голову гостей на их самолет и заняться более достойными делами. Точно такие же мысли роились и в головах его напарников, но и они стоически выслушали объявление, не поведя и бровью.
