Наблюдая за Евой, Люцифер возбудился, чего сам не ожидал, и появление Лилит очень даже было кстати. Он схватил её за руку и опрокинул к себе на колени, запуская руку в роскошные черные волосы. Он решил развлечься перед разговором с отцом, что бы снять напряжение.
Отец встретил его немного холодно:
– Ты опоздал…
– Извини, я постараюсь впредь приходить вовремя, – совершенно без сожаления ответил Люцифер.
Он даже не соизволил, как следует привести себя в порядок, после бурного секса с Лилит. Его волосы просто кричали об этом, а рубашка была немного помята и расстёгнута. На губах остался след от страстного поцелуя дьяволицы.
– Не понимаю, для чего приносить свои извинения, если ты даже не сожалеешь о содеянном? – задал риторический вопрос Яхве.
– Так о чем ты хотел поговорить, папа?
– Твои подданные перешли границы дозволенного, дух Хаоса слишком разгулялся, пора его притормозить. Земля тонет в кровавом месиве. Люди сходят с ума. Ариэла пора возвращать домой.
– Он ещё не закончил! – вздёрнул бровь Люцифер. – Его время ещё не вышло.
– Он слишком увлёкся, ещё немного и на земле не останется ни одного человека. Все вымрут, кто от алкоголя, кто от наркотиков и различных болезней. Человечество слабеет, их разум деградирует, и ты прекрасно знаешь, к чему это может привести.
– Я подумаю, над твоим предложением, но сначала, я сделаю свой ход. Я долго думал и понял, что ты бережёшь свой цветочек для любви, которую она должна испытать и пронести сквозь время. И уже выбрал для этого, того мальчишку. Так вот я решил, что бы она сполна хапнула… любви… я не буду, пока соблазнять её мужчинами, пусть они сольются в жгучем экстазе, когда придёт время. Но я усложню её задачу, я развращу его по полной!!! Это и будет моим ходом:
–
Ева проснулась от звука, хлопнувшей двери. Кошмарный сон, который преследовал её на протяжении многих лет. Ей снилось, что за ней гонится чума 14 веков в различных образах, то обезображенных заражённых женщин с алыми пятнами на шее, то мужчин, но ей всегда удавалось убежать, как и в этот раз, она успела забежать домой и захлопнуть дверь. Просыпалась она после этих кошмаров, всегда в холодном поту и потом очень долго не могла закрыть глаза. Ей казалось, что если она уснёт, то сон обязательно вернётся и настигнет её. Кошмар повторялся каждый раз, как только она забывала про этот сон. Как будто он старался напомнить о себе, не давая стереть себя из памяти. До утра она так и не смогла сомкнуть глаза.
После учёбы она решила заехать к своей лучшей подруге Марте, она начала встречаться с каким-то взрослым мужчиной и была без ума от него, и готова была прожужжать про него все уши. Но Еву это не раздражало, потому что она понимала, как хочется поделиться своим счастьем с близким человеком, особенно, когда влюблён. А она, по всей видимости, была по уши влюблена, что не могло не радовать Еву. Она переживала с ней все радости и горечи их жизни. И знала, что Марта готова ради неё на многие жертвы, а если случится горе, то она всегда может рассчитывать на неё.
– Ева, девочка моя, привет, привет! – заверещала Марта.
– Привет! А ты вся прямо сияешь от счастья, я очень рада за тебя.
Весь вечер они просидели за кухонным столом, делясь новостями. И когда они вроде бы уже всё рассказали друг другу, повисла неловкая пауза. Одна боялась спросить, а другая начать разговор, зная, что может причинить этим боль своей подруге.
– Как там поживает твой ухажёр? – нарушила паузу Марта.
– А! Пусть катится ко всем чертям. Видимо мне не судьба с кем-нибудь замутить. Или следующее моё знакомство будет происходить примерно так: «Здравствуйте, меня зовут Ева и я девственница, если вас это пугает, то тогда до свиданья!» – они обе прыснули от смеха.
– А Ника давно видела?
– Давно. Раньше хоть издалека, во дворе наблюдала, когда к тебе приезжала. А в последнее время он и вовсе куда-то испарился, – опустив глаза, пожаловалась Ева.
Её сердце до сих пор было у него, и как она не старалась, не могла вернуть его себе. Говорят: «Когда любишь, то отпускаешь», так она и поступила.
– Значит, ты совсем ничего не знаешь?
– Нет, что-то случилось? – заволновалась Ева, а по её спине пробежал холодок дурного предчувствия. Её глаза увлажнились, и она отвернулась, чтобы немного успокоиться.
– Ох, Ева! У него умер отец… он совсем с катушек съехал и плотно сел на иглу.
По щекам Еву побежали слезы жалости, а сердце сжималось от непереносимой боли. Она никогда не забывала своего милого и обходительного паренька, каким он был. Она хранила его светлый образ в своей памяти до сих пор.
– А мать? – коротко спросила Ева.
– Она заливает горе в спиртном и ей совсем не до сына.
– И что, она ничего не замечает?
– Нет…
– И что, ей никто не может об этом рассказать?! – рассердилась Ева.
– Никто не будет этого делать. И я думаю, что это бесполезно. Ты просто её не видела… Ей всё безразлично.
