Шахматный дуэт полностью

— Идеальный у нас с ней получился союз, — делился Виктор с Олегом впечатлениями о своём последнем сне. — Но пока только во сне… Никогда раньше не думал, что сны могут иметь такую силу. Мы исцеляли женщину, а исцелился я сам… Интересно, нам удалось её спасти?

— Эх, почему ко мне подобные сны не приходят? — вздохнул задумчиво Олег.

— Такие сны не приходят. Они прилетают и… уносят за собой. А вообще-то было бы полезно почитать о природе снов что-нибудь толковое.

— Так давай, когда покинем это учреждение исцелений, всё-таки подключим мой ноутбук к интернету и наловим информации потолковей. Не в библиотеку же нам здесь записываться.

— Можно было бы источник знаний поискать на книжном рынке, но времени-то в обрез. До Нового года уже, можно сказать, пять дней осталось. А я свою Королеву всё так же лишь во сне вижу.

— Королеву? Ты её так раньше не называл.

— Слушай, как-то само собой получилось… Что-то неуютно стало сидеть в этой золотой клетке, запертой на ключ. Пора бы уже появиться нашему заведующему. И решить с нами вопрос о нашем, то есть моём исчезновении отсюда.

— Не забыл ли про нас Юрий Сергеевич?

— Вот я точно забыл вовремя кое-что сделать.

— Это ты о чём?

— Это я о портрете. Поздно вспомнил о нём в утренней суматохе. Сейчас уже столько работы над ним сделал бы.

— А ведь палата осталась незапертой.

— Да, Олег, незапертой. Надо же…

— Не волнуйся, Витёк, вряд ли кому-то из местных понадобится портрет твоей Королевы.

6

«Мои Король и Королева начинают меня беспокоить, — признался себе Люциан, переводя взор с Шахматного поля на Зеркало Мира. — Всю ночь развлекались, а теперь спят всё утро. Никаких ходов невозможно с ними сделать. Да и другие фигуры активней, когда основные — в седле. Хорошо, что комбинацию с портретом провернуть получилось».

Люциан был горд, что эту комбинацию он задумал и осуществил без вмешательства Зельвеса или Хозяина. С одной стороны, полное отсутствие связи с миром темноликих настораживало — непривычно, а с другой — можно себя чувствовать свободней (когда ещё выпадет возможность пожить без тотального контроля, ощутить хоть немного, что такое свобода воли?), да и с Христонием пооткровеничать теперь реально.

«Это ж сколько надо затратить энергий, чтобы заблокировать Нейтральное пространство от любого внешнего влияния», — не переставал поражаться Люциан.

— Христоний, а ведь получилось, что Правила нарушили мы, а ограничения наложены и на нас, и на вас. Не обидно?

Старец отвлёк мысли от фигур, озарил оппонента своим взором и ответил:

— Ничуть. В этом-то и премудрость решения Совета: мы искупаем часть вашей вины.

— И зачем же такие суперхристианские жертвы? Какой смысл?

— Жертвы обычные. А смыслы безграничные. Но узрит сие не всякое око.

«А я смогу?» — прочитал Христоний немой вопрос в глазах Люциана и мгновенно подобрал нужные слова:

— Помнишь, когда ты раньше носил светоносное звание Мастера Высшей инженерии, ты мог этот смысл узреть. А узреть — не значит просто понять, необходимо прочувствовать.

«Вот я и чувствую, что во мне не иссякли гены Мастера. Поэтому и тянет на светленькое, — усмехнулся Люциан. — А Высшая инженерия просто не существует вне Божественных энергий. Это ж как… Как дважды два».

— А смысл этот имеет метафизическую основу, — продолжал Христоний. — По причине того, что существование Вселенной основано на энергиях творения, единения и сохранения, любое искажение в конечном итоге нарушает этот фундамент. Применим сию аксиому к конкретному случаю. Вмешательство Зельвеса — это сила разрушения, от которой мгновенно возникло три искажения. Первое — нарушение Правил, второе — лишение Ведущего его права выбора и принятия решений, третье — создание ситуации, опасной для жизни участника Турнира — конкретного человека. А с учётом того, что любое нарушение Правил усиливает негативное воздействие уже не в несколько раз, а в несколько десятков раз, представь себе, какое совокупное искажение было совершено… Вот и принято решение: с помощью самого мощного инструмента — блокировки Нейтрального пространства — обеспечить максимальную защиту от повторных искажений. А тот факт, что вслед за нарушителями и светоносцы стали ограничены в своих возможностях, — это меньшее из бед.

— Но ведь и односторонняя блокировка — только по отношению к нам, темноликим — могла бы способствовать эффективной защите.

— Вы и мы как участники Турнира были бы в неравных условиях.