— Вы же знаете мои атеистические взгляды. Поэтому ссылка на Бога, в которого я не верю, неуместна.
— Согласен, что часть вины, за происходящее в мире, можно возложить на нас. Но люди не зомби, которые слепо выполняют чужую волю. Может ответственность следует возложить на каждого человека? — предложил Григорий. — Кто мешает им свергать с престолов кровожадных диктаторов или отказаться от использования достижений цивилизации? Люди очень легко поддаются порочным искушениям. Поэтому пользуются всеми предложенными благами, не задумываясь о цене, которую им придется впоследствии заплатить.
— Разве нельзя, зная будущее, изменить его? — спросил Степан.
— Мы не можем заказывать свои видения, — вздохнул Григорий. — У меня иногда создается впечатление, что получаемая информация кем-то дозируется. Кто-то свыше сам решает, что стоит нам давать, а что нет.
— Внеземная цивилизация? — восхищенно спросил Степан.
— Никаких зеленых человечков и внеземных космических кораблей я никогда не видел, — остудил пыл студента Григорий.
— Неужели там никого нет? — Степан ткнул пальцем в потолок.
— Пока на этот вопрос никто однозначно ответить не может.
— А как же Бог? — лукаво спросил Степан.
— За всю мою долгую жизнь, он так и не снизошел ко мне, чтобы поделиться своими откровениями. Случись такое событие, и вся история человечества могла быть совсем иной.
— Вы не верите в Бога? — удивился Степан.
— Сейчас я сомневаюсь в его существовании. Если предположить, что Бог есть, то все твои претензии ко мне нужно переадресовать к нему. Правда, ответ ты получил бы тот же самый — человек сам виновен во всех своих бедах. Знания похожи на джина, выпущенного из бутылки. Но, однажды вырвавшись на волю и завладев умами людей, они уже никогда не возвращаются в заточение. Поэтому, когда мы однажды поделились теми или иными знаниями с отдельным человеком, то уже не могли удержать процесс развития. Любая только родившаяся наука начинала стремительно расти вверх и вширь, словно ветвистое дерево. Ни костры инквизиции, ни тюрьмы диктаторов не смогли остановить тягу людей к познанию. Свободолюбивый человеческий разум всегда стремился вырваться из окружавших его ограничений.
— Кстати об ограничениях. У меня нет заграничного паспорта. Как вы собираетесь меня перевезти через границу? — поинтересовался Степан.
— Григорий у нас мастер на все руки, — усмехнулся Гуго.
— Вы собираетесь сделать фальшивый паспорт? — ужаснулся Степан.
— Обычное дело, — пожал плечами Григорий. — Сотни лет этим занимаюсь.
— Фальшивые деньги тоже делали?
— Только из любви к искусству, — признался Григорий.
— Странный суррогат из благих намерений и плохих поступков, получается, — ухмыльнулся Степан.
— Жизнь заставляет иногда нарушать даже самые строгие заповеди. Без моих умений, нам всем пришлось бы очень туго.
— Общаясь с вами, я начал лучше понимать значение выражения «падший ангел», — Степан отвернулся к стенке и задумался о том, что услышал из уст Григория. Действительно, существуют ли на свете святые, на которых нет ни одного темного пятнышка?
Когда в гостиничный номер зашли Бертольд и Роберт, Гуго колдовал над коктейлями. В этом он был большим мастером. Степан напросился к нему в ученики. В последнее время он сильно привязался к веселому и жизнерадостному французу. Они даже объединились, чтобы вместе подшучивать над слишком серьезным Григорием.
— Сегодня будет уместен коктейль «Кровавая Мэри», — задумчиво произнес Гуго, который бросил быстрый взгляд на своих друзей, но не прервал своего занятия, и не удосужился поздороваться.
— Почему? — поинтересовался Степан.
— Каждый раз, когда мы собираемся вместе, с нами что-нибудь происходит, и обязательно с кровопролитием.
— Какой-то странный цвет у этого томатного сока, — сказал Степан, рассматривая стеклянный кувшин с красной жидкостью.
Гуго удивленно посмотрел на студента, а потом хлопнул себя по лбу и рассмеялся.
— Совсем забыл, что современная молодежь плохо знает историю. Этот коктейль давным-давно придумал я. Изначально в нем использовалась настоящая кровь, что понятно из его названия. Позже какой-то умник заменил ее на томатный сок. Поэтому мое изобретение наглым образом украли и извратили. Надеюсь, что ты предпочтешь классический вариант?
— Не подумайте, что я извращенец, но мне больше нравится современный вариант этого напитка.
— Напрасно юноша, напрасно. Очень многое теряете, — огорчился Гуго.
— Какие пропорции у этого коктейля? — спросил Степан, чтобы поддержать разговор.
— Если хочешь получить бодрящий напиток, то надо стакан крови разбавить тремя каплями водки, — охотно стал пояснять Гуго. — Если требуется расслабляющий напиток, то водки и крови должно быть одинаковое количество. Правда, бывают еще и промежуточные варианты.
— Очень знакомый рецепт. У вас много последователей, — рассмеялся Степан, вспоминая студенческие вечеринки, где подобные коктейли были очень популярны.
— Все гениальное проходит проверку временем и проносится сквозь века, становясь неотъемлемой частью нашей жизни, — скромно произнес Гуго.
