«Самым решительным сторонником немедленной войны с Россией выступил сенатор Юрий Мнишек… Мнишек помог самозванцу заручиться поддержкой литовского канцлера Льва Сапеги. Канцлер… пообещал снарядить и прислать в помощь „царевичу“ 2000 всадников» [780:1], с. 73.
Итак, обе версии — и романовская и персидская — рисуют нам в общем одну и ту же картину. Царевича принимают при (вражеском) дворе, возвышают, назначают царем (правителем), дают войско. Причем не все царедворцы согласны с этим. В итоге хрупкий мир лопается. Война появляется на пороге. Следующий параграф, причем в обеих версиях, следует назвать одним словом «Вторжение».
Романовская версия говорит так. «Политика Сигизмунда III была двуличной и лицемерной. На словах глава государства выступал за соблюдение мира с восточным соседом (Русью —
Противники войны с Россией (Ян Замойский и др.) не только протестовали против действий Мнишека, но и принимали практически меры, чтобы не допустить нарушения мирного договора с Москвой…
Армия сенатора Мнишека собралась на берегах Десны, готовая к вторжению в пределы России…
13 октября 1604 г. войско Лжемитрия, ПЕРЕЙДЯ ГРАНИЦУ, стало медленно продвигаться к ближайшей русской крепости — Монастыревскому острогу… Атаман Белешко (из войска Дмитрия —
Захлестнувшие Северщину слухи о скором появлении избавителя — „хорошего“ царя — расчистили путь самозванцу. Мнимый сын Грозного был встречен ликующими возгласами: „Встает наше красное солнышко, ворочается к нам Дмитрий Иванович!“» [780:1], с. 85–86, 89, 91, 107.
Вскоре Дмитрием был взят Чернигов. И тоже город пал благодаря измене. Осады и битвы не было. «По свидетельству „Нового летописца“, И.А. Татев пытался оборонять крепость, но среди гарнизона открылась измена… Согласно Разрядным книгам черниговцы захватили и выдали самозванцу воевод князя И.А. Татева, князя П.М. Шаховского и Н.С. Воронцова-Вельяминова… Самозванец вступил в Чернигов на другой день после его сдачи. Он выразил гнев по поводу разграбления города» [780:1], с. 108–109.
Затем Дмитрий попытался взять Новгород-Северский, но потерпел неудачу. В польском войске началось брожение и смута. «В войске назревал мятеж. После недолгих совещаний наемники решили немедленно отступить от города и вернуться на родину. Однако они не успели осуществить свое решение, поскольку в тот самый момент в лагере стало известно о сдаче Путивля.
Путивль был ключевым пунктом обороны Черниговской земли и единственным северским городом, располагавшим каменной крепостью, лишь овладев Путивлем, самозванец мог добиться подчинения Северской Украины. Кто владел Путивлем — тот владел Северщиной. Отрепьев понимал это, и уже его первые военные планы, составленные в 1603 г., предусматривали ЗАНЯТИЕ ПУТИВЛЯ КАК ПЕРВООЧЕРЕДНУЮ ЗАДАЧУ. Вторгшись в Россию, Лжедмитрий не посмел напасть на Путивль, поскольку у него не было ни многочисленной армии, ни осадной артиллерии.
ПАДЕНИЕ МОЩНОЙ КРЕПОСТИ ПОРАЗИЛО СОВРЕМЕННИКОВ. Некоторые из них подозревали, что Путивль был сдан вследствие измены воевод… Авторы русских сказаний давали разноречивые оценки поведению путивльских воевод… Двое путивльских воевод… пытались противодействовать мятежу, но их связали и увезли в лагерь самозванца… Член Боярской думы М.М. Салтыков решительно отказался присягнуть самозванцу, чем навлек на себя гнев народа. Путивляне поволокли воеводу к „царевичу“ на веревке, привязанной к его бороде.
Путивль был главным торговым центром Северской Украины и имел многочисленное посадское население. Однако в путивльском восстании участвовали не только посадские люди, но и местный гарнизон…
Путивльские служилые люди приняли участие в восстании, рассчитывая на то, что „прирожденный“ царь облегчит их участь. Гарнизон Путивля встал на сторону восставшего народа. Верность Борису (Годунову —
Так пал Путивль — главная крепость русской Северщины.
